Александр был с братом и матерью, ещё было полно всяких больших начальников. Прямо рядом с, сидящим в высоком кресле, императором стоял граф Кочубей и что-то вещал. Увидев громадину графа Витгенштейна, замолк и глаза от Брехта отвёл. С чего бы это? Про него опять какие-то гадости говорил. Чего человеку спокойно не живётся?
— Ваше Императорское Величество, — щёлкнул браво Пётр Христианович каблуками.
— Кхм. Да. Пётр Христианович, вы же знаете, что дуэли запрещены! — недовольно почти прокричал после заминки Александр.
— Так, точно, Ваше Императорское Величество. Виноват. Готов понести заслуженное наказание.
— И что? — Александр, по-видимому, ожидал оправданий. Растерялся, весь пафос в трубу вылетел.
— Жду приказаний, — чего выпендривается? Ах, да сзади же царедворцы всякие. Нужно держать марку, а то разбалуются остальные.
— Будете отправлены на Кавказ, князь, — встал с кресла Александр.
— Слушаюсь, Ваше Императорское Величество.
— А теперь объясните, Пётр Христианович, что там произошло, — сел снова Государь.
— Прошу прощения, Ваше Императорское Величество. Я не сразу понял, что происходит. Солдафон простой, не интриган. Это была всё та же организация «Великая Польша от моря до моря», что и английского посла с графом Паленом убила и братьев Чарторыйских. Нужно было этого Волка-Ланевского сразу здесь вчера вечером арестовать. Тупой. Прошу ещё раз извинить, — Брехт опустил голову, потешаясь внутри. Наивный пацан, сейчас обниматься полезет. Не нужно. И так в последнее время граф Витгенштейн у этих, стоящих за троном, вызвал кучу всяких нехороших мыслей. Может и кто из них нанял поляков? Стал опасаться за своё место у трона? Подсидит эта выскочка немецкая.
— С чего вы взяли, князь, что они с этой «Великой Польши»? — вот и первый. Вице-канцлер, управляющий Коллегией иностранных дел, Куракин Александр Борисович.
Интересный персонаж. Скоро освободит всех своих крепостных. Много, несколько тысяч.
— Так они сами сказали это! — пришёл на выручку Петру Христиановичу, обер-полицмейстер Москвы, Каверин. — Я сам слышал. И граф Шувалов Николай Петрович слышал. Я понимаю, Петра Христиановича, у него выбора не было, а вот я старый дурак, должен был эту дуэль пресечь.
— Нет, Павел Никитич. Нельзя было, в смысле можно было, но тогда бы мы не узнали, что эти поляки из этой организации, и что они свои планы не оставили и по-прежнему замышляют убийство Государя.
Народ зашумел. Александр всё же вскочил и обнял Петра.
— Каюсь, Пётр Христианович, я не до конца проникся серьёзностью момента, мало ли думал, какие негодяи есть. Но всё спокойно было несколько месяцев, и посчитал, что закончилось уже. Нужно было последовать вашим советам. Ну да, лучше поздно, чем никогда. Теперь то же самое посоветуете?
Брехт не был готов советы давать по деполонизации Белоруссии. Да и не последует Александр им. Так и сказал.
— Есть действенные способы, Ваше императорское Величество, но боюсь, вы на них не пойдёте.
— Может, Пётр, озвучишь всё же? — подал голос и Константин.
— Вы же кричать сразу на меня начнёте.
— Пётр Христианович, говорите.
— Нужно собрать, на вновь присоединённых землях Белой Руси, всех ксёндзов и других католических и униатских священников, поляков по национальности, и, по договорённости с Пруссией, переместить их через нашу границу. Уверен на сто проц… Полностью уверен, что если потянуть за ниточки этой организации, то они выведут на ксёндзов, а дальше в Рим.
— Поднимутся бунты, — Кочубей влез.
— Конечно. Этого и надо. Туда предварительно нужно ввести полки и, зачинщиков бунта и всех его участников, дворян арестовать, лишить дворянства и собственности, и отправить служить солдатами за Урал, разбив на минимальные партии, чтобы дальше не смогли заговор плести. После этого всю землю, им принадлежащую, раздать крестьянам. Получив землю и свободу никто бунтовать не будет. А на месте костёлов открыть православные церкви, хочешь перестать быть крепостным — переходи в православие. Хочешь земли — переходи в православие. Там не так много католиков. И это наши, русские, в основном, люди, которых именно поляки заставили перейти в католичество и забыть русский язык. Шла полонизация русских людей. Этот процесс нужно остановить и повернуть вспять.