– Кого я вижу? Сколько лет, сколько зим! Как студентом стал, зазнался, друже. Сколько тебя не было? С лета не заглядывал, свин ты эдакий.
– Весь в делах, – рассмеялся Олег, в несколько шагов пересёк зал и пожал руку. – Смотрю, у тебя пополнение?
– Ага, – руководитель ткнул Олега под рёбра. – Знакомьтесь, один из наших лучших мечников был, пока в учёбу не сгинул с концами. Рассказывай, кто с тобой и как тебя к нам занесло?
– Знакомьтесь, – представил Олег. – Это профессор из Франции, Жерар Моро. Это руководитель клуба Николай Черский.
Профессор пожал протянутую руку, Николай довольно крякнул: силу он уважал, а хватка у француза оказалась железная.
– Так с чем пожаловали?
– Жерар интересуется молодёжными движениями у нас в городе. Вот я и решил начать с «Дружины».
– Ага, – довольно кивнул Николай. – Устроим. Только с тебя для молодёжи показательный поединок. С объяснениями.
– Издева-а-аешься, – протянул Олег.
– Ага. Поехали.
Тяжко вздохнув, Олег скинул куртку и свитер, затем подошёл к спортивным снарядам.
– Итак, главное в нашем деле – это физическая подготовка. Вы можете знать все приёмы назубок, но если не сможете на соревнованиях махать клинком или таскать доспех – грош вам цена, – после чего поплевал на руки и принялся подтягиваться…
Закончив разминку, Олег облачился в тренировочный доспех: толстую войлочную куртку на стёганой вате и хоккейную каску с приделанным забралом. Николай уже был готов, поэтому сразу вручил тренировочную саблю, выструганную из дерева, с металлическими утяжелителями для большего веса. Зрители отошли в сторону и расселись на длинной скамейке вдоль стены, дуэлянты встали напротив друг друга. Олег поймал любопытный взгляд Жерара: ты же меч-оружейник. Ты заранее увидишь любую брешь в защите, у противника нет шансов. Олег в ответ улыбнулся, пусть за забралом и ничего не было видно. Пользоваться за-Отражением неспортивно, сейчас Олег собирался использовать только знания… И опыт, который приобрёл в последней экспедиции в Отражения, когда они спасали Викторию.
Поединок был в первую очередь показательным, и Николай покрутил в воздухе рукой: объясняй. Олег кивнул и обратился к зрителям:
– Итак, первое, что вам надо запомнить. В спортивном и сценическом фехтовании учат красивым движениям: ударам, уколам и так далее. Но в спорте главная задача – набрать очки, а на сцене – показать внешнюю красивость боя. Мы же сражаемся максимально приближенно к настоящему сражению и, во-первых, не ограждены от случайностей, а, во-вторых, наша задача – добиться, чтобы противник не мог продолжать поединок. В пределах разумного, конечно. Никогда не сосредотачивайтесь только на клинке, в поединке вы в целом – оружие.
– Точно, – подтвердил Николай. – Ангард.
Олег негромко фыркнул: Николай так и остался любителем терминологии дуэлянтов семнадцатого века. Ну что же, раз приглашают встать в позицию… Первый удар в грудь Кречет парировал. Второй наискось в левый бок оказался неожиданным, к тому же Николай попытался достать противника ногой – пришлось уходить на шаг назад. Ответный финт, когда сабля вроде летит вправо, а на самом деле уходит в левое бедро, уткнулся в защиту Николая. Снова пришлось отступать… И тут Николай попался. Олег направил саблю в грудь противнику, и тот, естественно, готовился парировать удар. В это мгновение Кречет сделал молниеносный поворот руки в запястье, сабля описала полукруг вниз, с огромной силой, уже снизу, ударила по вражескому клинку и выбила из руки.
С импровизированной зрительской трибуны раздались рукоплескания. Николай громко рассмеялся.
– Сдаюсь, – снял шлем, потёр запястье. – Ну и силён ты стал. Только слишком уж любишь рисковать. А если бы я не поверил в твой финт?
– Я бы всё равно успел уйти в защиту.
Одна из девушек расстроенно спросила:
– И всё?
Николай пожал плечами.
– В этом и состоит искусство. Я проиграл. А красивые взмахи оставьте кинофильмам. Только, – он погрозил пальцем в сторону зрителей, – позволит кто себе такой же рисковый фортель – по пальцам бить буду нещадно. Сколько я видел, когда на турнирных поединках «успел» так и осталось с добавкой «бы», – затем повернулся к Олегу. – Ну а теперь давай, переводи, что там твой профессор хотел у нас расспросить.