– Олег, мы вас прикроем. Уходите, попытайтесь выбраться в зону связи.
– К чёрту! – крикнула Тёна. – Мигель, мы вас не бросим.
– Это Красный барон. Не отобьёмся. За нами больше ни одного патруля. Мы последние. Если и нас завалят – с фланга эскадры мёртвая зона. Вы лучшие пилоты группы, вы успеете вырваться.
– Рита, – по внутренней связи уточнил Олег. – Сколько ты удержишь двигатель в форсированном режиме?
– Десять минут. Не больше.
– Целая вечность, – Олег переключился на ведомого. – Мигель, слушай мою команду. По сигналу «ноль» я имитирую встречную атаку. Набираете высоту и тоже атакуете. Заодно сбрось как тогда, помнишь на Титосэ? Противопехотные ракеты и подрываешь за собой. За это время мы успеем сменить курс и прикрыть уже вас. Десять. Девять…
И этот самовлюблённый осёл будет говорить, что умирать не страшно? Почувствовав, как от одного воспоминания про тот бой адреналин чуть из ушей не выплеснулся, резким движением Олег встал и вышел из своего укромного уголка.
Увидев непонятно откуда взявшегося постороннего, оратор удивлённо застрял на полуслове. Олег внимательно его осмотрел с головы до ног. Восемнадцатилетний длинноволосый оболтус. Тоже с крашеными волосами и ногтями, под глазами - густые чёрные тени, пальцы в перстнях с сатанинской символикой, на футболке напечатан череп, на шее на цепочке болтается необычный крест с петлёй на верхнем конце. Только губы накрашены ярко-алой, а не чёрной помадой.
– В общем, говоришь, жизнь тебе совсем не дорога? И хоть сейчас с крыши вниз?
Парень на несколько мгновений смешался. Потом, ощущая взгляды и поддержку остальной аудитории слушателей, презрительно ответил.
– Да я давно уже собираюсь. А что? Предлагаешь прыгнуть на пару? Давай, – и томно вздохнул. – Ты такой красавчик. Ты мне нравишься. Нас похоронят в одном красно-чёрном гробу…
– Да нет. Всё намного проще, – недобро усмехнулся Олег. Опёрся спиной на холодильник. Руки в карманы. И снисходительно-высокомерно добавил: – Если не струсишь рискнуть, пошли на крышу. Там объясню.
Отказаться перед остальными парень не смог, к тому же шепотки о случившемся на кухне мгновенно обежали всю вечеринку. Пятнадцать минут спустя Олег и все готы уже стояли на крыше многоэтажки. Был здесь и профессор Моро… Его Кречет хотел бы видеть в последнюю очередь, но прогнать не было возможности.
Наверху оказалось холодно. Олег сразу покрылся гусиной кожей: если готы носили одежду в основном из плотных тканей, то Олег вышел лишь в тонкой рубашке. Чтобы не замёрзнуть окончательно, Кречет сразу же направился к сложенным в углу доскам. Крышу дома ремонтировали, а поскольку механизмы лифтов были спрятаны в отдельных будках высотой пару метров, то рядом с люком уже стояли сколоченные леса. Олег понадеялся, что лишние неиспользованные доски спускать вниз поленятся, и сейчас порадовался, что угадал. Махнул рукой, подзывая соперника:
– В общем, так, не знаю, как тебя по имени. Бери доску, поможешь.
Вдвоём парни подтащили пятиметровую доску к краю так, чтобы вторым концом она опиралась на крышу соседнего дома. Олег потрогал рукой: стоит крепко, не вибрирует. Ширина тоже нормальная, на любой физкультуре брус втрое уже – все ходят, и никто не падает. Громко, чтобы услышали остальные, начал объяснять:
– Ты тут говорил, что жизнью не дорожишь, умереть в любой момент для тебя – раз плюнуть. Вот и предлагаю рискнуть. По доске на соседнюю крышу и обратно. Между домами всего три метра. Я первый.
Не дожидаясь, пока ошарашенный противник хоть что-то возразит, Олег запрыгнул на бортик крыши. Затем на доску. Ленивым прогулочным шагом неторопливо перешёл на соседнюю крышу. Несколько секунд постоял, с трудом удержавшись, чтобы посмотреть вниз… Вот только делать так было нельзя. Пока глупость не пересилила, Олег в несколько шагов оказался на исходной позиции.
– Ну что? Теперь твоя очередь.
Парень замялся. Взглянул на злорадную и презрительную ухмылку Олега, на ждущие взгляды остальной компании. Медленно на подгибающихся ногах залез на бортик перед доской. Ещё раз посмотрел на остальных, потом на доску и пропасть между домами. Руки мелко задрожали, но страх продемонстрировать остальным – всё сказанное полчаса назад трёп и позёрство – оказался сильнее. Парень мелкими шагами встал на доску, потом сделал ещё один шаг вперёд.