И тут на память пришёл рассказ Тёны, как ей один раз срочно пришлось у подруги выламывать дверь.
«Прощупала дверь за-Отражением. Да, я не меч и не знала, куда ударить. Но дверь – это защита, а щит способен почувствовать слабые места в любой обороне. Надо лишь думать, что дверь защищает тебя от врагов изнутри».
Так, наверное, делают магистры – не зря, в отличие от простых оружейников, они способны драться в одиночку. Олегу до способностей магистра как до Киева пешком… Но ведь у Тёны же получилось?
Вспышка!
Левый наклонился, группируясь. Рванулся под ноги. Плечом в «солнышко», руками под бёдра. Приподнял, стискивая до боли. С натугой оторвал от земли, бросил. И тут же центральный ударил оглушенного парня ногой в висок…
Левый мордоворот чуть наклонился, группируясь. Олег начал встречное движение одновременно. Шагнул в его сторону, подхватил руку, ещё стремящуюся схватить убежавшее тело. Повернулся, влился в поток движения и чуть подсел, приноравливаясь к броску. Враг прыгнул и только тогда понял, что Кречета уже нет на старом месте. Начал уходить из захвата плеча, вывернул запястье – сухожилия меча напряглись до хруста, пальцы разжались… Амбал сразу перестроил атаку, ударил в ноги. Поздно. Кречета там не было – в прыжке, словно делал трюк для кино, он оттолкнулся от стены и оказался возле центрального бойца. Хрустнул под ногами гравий, Олега встретили крепкие, словно каменные, ладони, воздух из груди вышибло скользящим ударом. Кречет маятником ушёл в сторону, выбил врагу колено. Дальше всей массой тела нанес удар локтем в позвоночник. Бугай захрипел и мешком осел лицом в гравий.
«Минус один», – злорадно подумал Олег.
И быстро, пока враги не опомнились, атаковал дальше. Не оставшуюся пару, а тех, кто сейчас наседал на Женю. За-Отражение толчками вливалось в кровь, заставляя мышцы двигаться быстрее, а кости делаться крепче. Времени удивляться своему необычному состоянию не было.
Удар ногой. Ботинок вминает голень, будто картонку. Женю отбрасывает. С криком боли он летит в стену. Стон, хрип и бульканье…
Кречет присел, саданул кулаком в уже распрямляющееся колено врага. Запястье отозвалось ноющим болезненным протестом. Мужик навернулся, шлёпнулся рожей в грязь и тонко заверещал. Краем глаза меч отметил: ступня болтается, штанина брюк вспухла. Минимум перелом, противник не опасен. И снова, на пределе возможного, смазанной тенью Олег метнулся назад. Восприятие поднялось скачком: про такое не раз рассказывал капитан Рябов, но Олег сумел достичь этого состояния впервые. Удар ногой в грудь. Мышечно-рёберный корсет амбала выдержал, но сердце получило ушиб. Мордобоец зашатался, посинел, захрипел, схватился руками за горло. Второй, как и его приятель в самом начале, попытался ударить в солнечное сплетение и поймать на бросок. Кречет «вежливо» шагнул в сторону, добавил ускорения и жёстко подломил под себя руку врага. Мужик всхрапнул, перекувыркнулся в воздухе, упал на спину, спасая сустав. Но всё равно не успел – меч сверху с колена рухнул на напряжённую руку и скорее телом, чем ушами, почувствовал хруст.
Короткий взгляд назад. Женя сумел оглушить одного из оставшихся врагов. Сейчас, навалившись весом на второго, прижал к земле и с яростью бил его затылком о кучу гравия. За-Отражение подсказало: противник уже потерял сознание. Но пока этого не поняли ни Женя, ни хозяин бандитов. Надо быстрее обездвижить, оглушить главного. А потом использовать его как щит или как заложника, чтобы пробраться мимо тех, что с пистолетами ждут возле машины. Олег подпрыгнул и, оттолкнувшись от стены, нанёс главарю удар. Вес, помноженный на импульс – гарантированный перелом даже по касательной.