— Как бы не так! Ему польстит наше внимание, — успокоила ее Нили. — Кто теперь на очереди?
Сорок минут и три дома симпатичных парней спустя девочки взобрались по веревке обратно в спальню Нили, где за время их отсутствия, как по мановению волшебной палочки, появились кружки горячего шоколада. Хозяйка свернула толстый серебристый шнур и спрятала подальше. Затем извлекла откуда-то небольшую бутылочку ирландского сливочного ликера «Бейлис». Даже у Элли, которая притворялась самой искушенной из них, глаза стали круглыми от удивления.
— А она не увидит? Я имею в виду Люду, когда будет наводить здесь порядок?
— Мои родители особо не возражают, — ответила Нили. — Мы честны друг с другом. Они понимают, что каждому надо время от времени выпустить пар. Если делать это потихоньку сейчас, то впоследствии у меня не возникнет искушения сорваться с катушек. Я немного шалю, но никогда не выхожу за рамки.
— А моя жизнь расписана по минутам, — пожаловалась Мерри. — Пять минут лишних, и уже возникают проблемы.
— Расскажите, что происходило здесь до моего приезда, — потягивая горячий шоколад, попросила Нили. — Я слышала, что брат Ким погиб. Его что, на Ближнем Востоке убили?
Ее глаза сверкнули от нездорового возбуждения. Почему некоторые люди находят удовольствие, слушая подобного рода истории? Неужели рассказ о смерти чужого брата может кого-то заинтересовать?
— Он упал со скалы над рекой, — начала Кейтлин прежде, чем Мерри успела на нее цыкнуть. — Мередит видела все собственными глазами. Расскажи, Мерри.
— Нечего особо рассказывать. Я услышала крик. Самоубийством это не было. Никто так не считает. Просто произошел несчастный случай. Я позвонила в полицию.
— А теперь Ким пошла вразнос, — придав своему голосу толику сочувствия, сообщила Кейтлин. — Она тусуется с парнями из Дептфорда и вообще пустилась в карьер.
Выражение «пуститься в карьер» было эвфемизмом и означало «принимать наркотики». Никто точно не знал, какие наркотики принимают те, кто зависает с парнями из Дептфорда. Любые наркотики опасны для здоровья. Те из девочек, кто в таком возрасте пускался в карьер, через год уже оказывались беременными. Об этом знали все.
— Ким этим не занимается, — возразила Мерри.
Креветки и сыр вдруг показались ей излишне жирной пищей, а в доме в мгновение ока стало жарко.
— Ты с ней сейчас не общаешься и не знаешь, — сказала Кейтлин.
«Она права», — пронеслось в голове у Мерри.
Она вообще мало о чем знала в этой жизни.
Прежде Мередит ограничивалась тем, что делала пару глотков шампанского. В кружку с горячим шоколадом ей плеснули по крайней мере три малюсенькие рюмочки ликера. На вкус это было бесподобно, вот только она быстро почувствовала, что захмелела.
Она встала и плеснула водой на лицо. Не помогло.
— Я ужасно устала, — сказала Мерри подругам, которые как раз собирались отправиться в мраморный плавательный бассейн Нили. — После больницы я сама не своя. Мне надо выспаться.
Пока они украшали туалетной бумагой соседские дома, Мерри уже успели постелить широченную кровать, на которую она рухнула как подкошенная. Засыпая, девочка слышала, как подруги, смеясь, решают, что лучше взять — мятно-жасминовый скраб или медово-сливочный.
Во сне Мерри встала с постели, подошла к окну и выглянула наружу. Впрочем, тогда ей казалось, что она ходит во сне. Лишь впоследствии девочка выяснила, что ступни ее так ни разу и не коснулись пола. Взглянув на себя, Мередит увидела белую ночную рубашку. Местами ее украшали атласные вставки, отороченные кружевом. Такая красота меньше пятидесяти долларов стоить никак не может! Светало. Деревья отбрасывали темные тени на лужайку перед домом Чаплинов. Луна, мелькающая между кронами деревьев, чем-то напомнила Мерри мячик, который кто-то нервно перебрасывает из руки в руку.
Она увидела Мэллори, бегущую по траве. Волосы сестры были собраны сзади в конский хвост, спортивная фуфайка повязана вокруг талии. Листва на деревьях была по-летнему зеленой. На лужайке перед домом Чаплинов стояло самое настоящее лето. В мгновение ока пейзаж за окном изменился. Теперь это были знакомые им обеим холмы. Ладони Мередит прижались к стеклу. На ощупь оно оказалось до реалистичности холодным. Трудно было поверить, что увиденное всего лишь сон. Кустарник у тропинки расступился, и огромная белая пума, раза в четыре больше ее сестры, появилась на тропке позади Мэллори. Животное сделало несколько шагов, а затем перешло на бег, быстро сокращая расстояние между собой и девочкой, которая, похоже, не замечала грозящей ей опасности.