И на этот раз Мэлли решила воздержаться от комментариев.
— Джеймс, — продолжала Эден, — учит их чувствовать себя как дома посреди дикой природы. Если, конечно, леса вокруг Риджлайна можно назвать дикой природой… Они никогда не заходят дальше нескольких миль от автомагистрали, но Джеймс учит подростков разводить костер, готовить пищу и накручивать долгие мили, пусть даже по кругу. Более сильные носят рюкзаки с едой для слабых. По крайней мере, это лучше, чем бесконечно играть в компьютерные игры или канючить у родителей внедорожник покруче.
— Интересная работа, — не могла не признать Мэллори.
— Так и есть. Он замечательный человек, а еще похож на принца из «Спящей красавицы».
Обе рассмеялись.
Эден все рассказывала о Джеймсе. На одном месте он никогда не проводил более нескольких месяцев. Каждое свидание с Эден происходило после того, как пятнадцати-и шестнадцатилетние подопечные Джеймса отправлялись спать. Согласно правилам, молодой человек должен был находиться на расстоянии слышимости от своих питомцев, предоставляя им относительную приватность. Но, как по секрету сообщила Эден, заниматься любовью даже в ее возрасте — это по законам племени все равно что выйти замуж… почти что…
О таких глупостях до окончания школы она не думала. Эден надеялась получить не только футбольную стипендию, но и академическую стипендию за хорошую успеваемость. Учиться она собиралась в университете штата. Расположен он совсем недалеко отсюда. Когда закончится футбольный сезон, она сможет приезжать и помогать родителям с хозяйством.
— Но все может измениться, — сказала она Мэллори. — Я ни в чем не уверена.
Мэлли также не была ни в чем уверена. Впервые с пятого класса младшей школы она не играла в мини-футбол, а решила вступить в «Кантабиле», школьный хор, состоящий из одних только девочек. Мисс Джанси похвалила мелодичность ее контральто, назвав его уникальным. Иногда, разглядывая себя в зеркале, Мэллори не знала, кто же она на самом деле.
— Что ты от всего этого получила? — спросила она у подруги. — Что тебе дало то, кем ты стала?
Эден надолго замолчала.
Наконец она остановила грузовичок, и подруги под ледяным дождем со снегом поспешили внутрь магазина «Алекс Джоунз». В витринах первого этажа стояли манекены, одеждой напоминая Мередит, вот только они были безголовыми и сделанными из белой пластмассы. Дюжины маленьких Мерри в спортивных майках и блузках, в длинных топиках и слаксах, в мешковатых свитерах и джемперах. Манекены стояли над прозрачными емкостями из акрилового пластика, в которых аккуратно была сложена одежда в стиле Мередит.
Эден выбрала гофрированную мини-юбку темно-бордового цвета и блузку в серо-бордовую клеточку.
— Примерь это, — предложила она Мэллори.
— Все эти складочки… Я буду выглядеть как Мередит.
— Иногда ты выглядишь просто ужасно.
— Большое спасибо!
— Тебе не кажется, что Мередит — очень симпатичная девочка? У нее есть стиль.
— Мне кажется, что моя сестренка одержима всем, что имеет хотя бы отдаленное отношение к любой из частей ее драгоценного тела. Мередит даже нижнее белье подбирает под цвет одежды, Эден… Хотя, может, я и ошибаюсь. В последнее время она утверждает, что подбирать все одного цвета уже не модно.
— А как по мне, подбирать нижнее белье по цвету даже прикольно, — рассмеявшись, заявила Эден. — Не то чтобы я сама страдала такой фигней… Мне все равно некому его показывать. — Помедлив, она добавила: — Ты спросила, что мне дало то, кем я стала. Уважение. Силу. Даже взрослые смотрят на меня снизу вверх. В пятнадцать лет это было прикольно, но после того, как я познакомилась с Джеймсом…
Мэллори послушно натянула на себя очередную выбранную Эден юбку. Отдаленно она походила на балетную пачку, сшита была из легкой шерсти и доходила до середины голени. В ней Мэлли сама себе казалась темным цветком. Девочка старалась, чтобы ее лицо оставалось спокойным и заинтересованным в происходящем. Как будто можно испытывать хоть какой-то интерес к широкому вязаному свитеру черного цвета и блузке в серую и красную полоску, которые Эден выбрала в качестве достойного дополнения к юбочке. Вот только… вот только ее сердце громко стучало от радости. Если Джеймс уедет прежде, чем Эден закончит школу, у подруги будет достаточно времени, чтобы отправиться учиться в университет. На этом, возможно, их роману придет конец. Подруга избежит грозящей ей опасности, по крайней мере, на время… Она будет одинока, но в безопасности. И Джеймсу тоже ничего не будет угрожать. При мысли о том, что его защитница, белая пума, является в то же самое время самой реальной для него угрозой, Мэллори стало не по себе. Почему Эден идет на риск, прекрасно понимая, что может навредить любимому даже без того, чтобы приложить к этому руку… вернее, лапу? Понимает ли Джеймс, что ему ужасно не повезло уже в тот миг, когда он впервые увидел Эден?