Приемная директора располагалась на втором этаже. Я на автопилоте прошла по мраморным лестницам, пытаясь сложить в голове загадочную мозаику. Картину скопировали и подменили, копия не могла быть совсем свежей. В мастерской картина провела почти полгода, значит, копия уже существовала до этого? Когда речь идет о таких шедеврах, возможны любые махинации и подлоги. Стоимость картины и сумма страховки заставит работать самые гениальные умы. Мне нужно было узнать, кто же за всем этим стоит. И выходит — у Аптекаря всё-таки был оригинал?
Я должна была действовать осторожно, нельзя было случайно сказать что-нибудь лишнее и вызывать этим ненужные подозрения. Чтобы успокоиться, я позвонила Марте и попросила ее встретиться со мной в музее, тем более что жила она совсем неподалеку.
В приемной директора восседала монументальная секретарша с вполне соответствующим заведению и собственной стати именем Артемида. Ей было примерно лет пятьдесят, но все называли ее просто по имени, потому что веса в нем хватало с лихвой. Только главный бухгалтер звала ее Тёмочкой. Артемида знала обо всём, что творилось в мире, в городе, в музее вообще и в жизни каждого сотрудника в частности. У нее всегда были в запасе свежие сплетни, комментарии или бесценные советы о том, как надо работать, выходить замуж, руководить страной, варить варенье из крыжовника или выбирать туфли.
Артемида обрадовалась, увидев меня, и попросила подождать, пока она узнает, насколько сильно занят сейчас господин Лунц. Я присела на диванчик для гостей между бронзовым дикобразом и позеленевшими доспехами — благодаря неиссякаемому потоку щедрых даров от дружественных музеев и частных почитателей приемная директора постепенно превращалась в кунсткамеру. Артемида выплыла из-за двойных дверей и кивнула мне, приглашая войти, но попросила не слишком обременять господина Лунца, так как, по ее словам, он в последнее время был настолько «весь в заботах, что просто сам не свой». Однако, зайдя в кабинет, я ничего не свойственного господину директору в нем не увидела. Он сидел за своим бюро темного дерева в неизменном пиджаке в тонкую полоску и стильном галстуке, который явно сдавливал его основательную шею.
— Агата, — поприветствовал он меня, не отрывая взгляда от бумаг.
— Добрый день! Вот, решила зайти.
— Что ж, это весьма приятно, мы всегда рады вас видеть. С вами нам спокойнее. — Он наконец-то посмотрел на меня поверх очков. — Куда же мы без вас, сами знаете, как мы вас ценим. Такая очаровательная молодая женщина, и при этом такой опытный и прекрасный специалист.
Господин Лунц был в своем репертуаре. Даже если он собирался уволить кого-то из сотрудников женского пола, то всё равно начинал с комплиментов. После обмена любезностями я решила перейти к делу.
— Хотела узнать, как дела у моего любимого пациента после реставрации, очень по нему скучаю.
— Всё в порядке, в порядке, не устаю вас хвалить. Прекрасно поработали! Шедевр вернулся к публике и чувствует себя отменно. Да вы присядьте, дорогая, я попросил Артемиду принести нам чай. Я очень рад вам, люблю приятных посетителей, которые ни на что не жалуются, ничего не требуют. Вы меня понимаете — директорская доля.
Я посочувствовала. На пороге появилась Артемида с подносом.
— Что говорят эксперты, как ведет себя покрытие?
— Прекрасно, вы же мастер своего дела. Благодарю, Артемида, мне с лимончиком. — Он удобней устроился в кресле. — Всё прекрасно! Прошу вас, выпейте со мной чашечку. Как приятно, что вы зашли. Подарили мне небольшой перерыв. Осветили мой сумрачный день своим сиянием, так сказать! Какие новости, расскажите, что вы сейчас спасаете? Скоро мы опять к вам обратимся, всё в соответствии с графиком. Мне кажется, вас дожидается старик Вермеер, да-да.
Я протянула руку за чашкой, и тут с господином директором произошло что-то странное. Он посмотрел на мою руку, на кольцо, которое я не снимала после той истории в доме Аптекаря, и заметно побледнел. Мне показалось, он даже вспотел, и у него заблестела лысина.
— Вермеера я давно предвкушаю, — сказала я. — Это так интересно. С ним никогда не знаешь, что…
— А почему вы вдруг спрашиваете про картину, Агаточка? — ни с того ни с сего господин Лунц как будто перешел в наступление, снял очки и прищурился. — Разве вы что-то упустили?
— Нет, что вы, я просто захотела узнать, как ведет себе защитный слой. Вы же мои любимые клиенты.