Оставив солидный задаток, господин Лунц вышел на улицу, уже зная ответ на вопрос, где же брать деньги. Надо было продать картину. Он быстро прокрутил в голове еще один вариант, предложение Кислого, который на прощанье с хитрым прищуром порекомендовал ему услуги своей жены: в узком кругу посвященных людей о ней говорили как о гениальной копировальщице живописи. Ходили слухи, что ее работы не так уж редко выставляются в частных и государственных собраниях, и отличить их от подлинника не может ни одна экспертиза. Поговаривали, что она много лет прожила за границей, училась в нескольких академиях художеств, подавала большие надежды, но вдруг увлеклась историей великого фальсификатора Ханса Ван Меегерена. Увлеклась, видимо, настолько, что спустя несколько лет окончательно перестала радовать художественный мир своими собственными работами, но именно в этот период на выставках, аукционах и в частных коллекциях вдруг стали появляться неизвестные работы великих импрессионистов и фовистов, неожиданно обнаруженные дальними наследниками или просто случайными счастливцами. Как ни старались эксперты, ни одну из этих картин они так и не смогли объявить фальшивкой.
Разумеется, господин Лунц мог бы заказать копии со своих обретенных шедевров и продать их, но весь вопрос снова упирался в деньги. За копии тоже надо было заплатить. Выбросив из головы клубок комбинаций, который только всё больше запутывался, господин Лунц заставил себя взглянуть правде в глаза и принять, наконец, решение. Продажа хотя бы одной из найденных картин разрешила бы все его проблемы. Странно, но как только он четко сказал себе, что другого пути нет, как ему стало гораздо легче. Он даже остановился, протер лысину, улыбнулся сам себе и зашагал дальше легкой походкой кудрявого, пылкого, стройного и бесконечно влюбленного человека.
Счастья хватило на восемь шагов. На девятом в кармане директора музея зазвонил телефон. Предмет его мечтаний всхлипывал в трубку и с трудом выговаривал слова. Когда слова, наконец, сложились во фразу, вся легкость господина Лунца тотчас улетучилась. Красный автомобильчик нимфы, за который господин Лунц только-только успел расплатиться, каким-то чудовищным образом и, разумеется, без какого-либо участия самой нимфы совершил наезд на черную и очень дорогую машину каких-то очень неприятных и явно очень опасных людей, которые немедленно вышли и сильно напугали нежную нимфу. Они разговаривали с ней крайне невежливо, потребовали денег, сказали, что ей не поможет ни одна страховка, и их не остановило даже то, что нимфа сказала им, что ее бойфренд — сам директор музея изящных искусств. После этих слов они сфотографировали ее на мобильный телефон и стали требовать в два раза больше. Господину Лунцу стало жарко, холодно и дурно. Он велел нимфе просто сидеть и молчать, а сам помчался к ближайшему банкомату, но на пол пути вспомнил, что оба счета он выпотрошил пару часов назад, чтобы заплатить задаток Кислому. Он полез в портфель, чтобы достать чистый платок, долго искал его, неловко придерживая открытый портфель за ручку, и ему всё время попадалось что-то не то — таблетки, ключи и какой-то странный маленький сверток. Лунц, наконец, вытащил его: это оказалось кольцо, найденное им в тайнике с картинами и заботливо завернутое в кусочек синего бархата. Думать было некогда, и директор музея изящных искусств поспешил в ближайшую антикварную лавку.
Часть пятая
Почему всё так сложно? Почему правила работают не всегда, даже если им подчиняешься? Может, проще подчинить себе их? Почему что-то всегда мешает, идет не так? Откуда берется весь этот вечный хаос, шумит в ушах, путает мысли? Когда уже всё выстроено, продумано, просчитано и вдруг… Как будто вздрагиваешь во сне, как будто окликнул кто-то, кого не хочешь видеть, как будто ответил на звонок, и тебе сообщили плохую новость. Но только ты сам можешь вернуть контроль, только ты сам — власть над хаосом. Главное — не подать вида. Главное — не напугать себя самого. Надо было что-то делать, и ты всё сделал правильно. А как теперь дальше — станет понятно. Наверное, без нее было бы проще, но теперь уже без нее никак. Главное — не подать вида. А вдруг она и правда не притворяется. Говорят, такое бывает. Ведь и правила работают не всегда. Вдруг ее можно подпустить ближе? Нет! Страх, опять, опять… Опять всё с начала. Но ведь всё получится. Она ни о чем не догадывается. Ей даже нравится. У нее тонкие пальцы, она умница, она легко согласилась, у нее есть всё, что мне нужно. Следующий шаг — вот он. Совсем скоро. Немного подождать. И успокоиться. Правила сработают. Ты сам — власть над хаосом. Всё по порядку. Торопиться не стоит…