— Он не ест уже несколько дней, — тихо сказала женщина.
— Тем более. Ему надо скорей восстанавливать силы.
— Он выздоровеет? Это правда?
— Он будет совершенно здоров.
— Разве такое возможно? И больше ничего не надо, только эти капли?
Аптекарь на несколько минут замолчал.
— Надо. Вам надо очень сильно верить, что всё будет хорошо. Всегда. И никогда не верить в злых людей. Потому что вы сильнее их.
— Не знаю, как мне благодарить вас. Ваши услуги стоят очень дорого, я сейчас пытаюсь продать украшения моей матери, больше у нас ничего не осталось. Сколько я вам должна?
— Вы не должны мне денег, — сказал Аптекарь.
— Вы согласитесь взять у меня эти украшения? Это было бы даже проще, они у меня с собой, вот, возьмите. Я так вам благодарна.
— Спрячьте их, пожалуйста. Я их не возьму, а вы когда-нибудь подарите их невесте вашего сына, потому что только так будет правильно.
— Но… Как же я могу расплатиться с вами?
Аптекарь снова замолчал, а потом неожиданно спросил:
— Вы умеете вязать?
Мне показалось, что я не расслышала его вопрос, и женщина тоже переспросила:
— Вязать? На спицах? Нитками?
— Да-да. Умеете?
— Умею…
— Вот и прекрасно. Тогда свяжите мне носки. Только шерстяные и потеплее. Потому что у меня, признаюсь вам честно, ужасно зябнут ноги.
— А как же деньги? Оплата?
— Я только что назвал вам то, что вы должны будете привезти мне за мое средство. Теплые носки. И никаких денег. И вот еще что — этот пузырек уже для вас. Видите, он зеленого стекла. Не перепутайте. Мне кажется, вы сильно постарели за эти годы, пока ваш мальчик болел.
Женщина молчала. Наверное, она снова плакала.
— Через пару дней ваш сын станет крепким и шустрым, и ему нужна будет молодая красивая мама. Примите эти капли. Не бойтесь. Вы сами увидите, какая вы на самом деле красавица.
Когда Аптекарь проводил свою гостью, я вышла из библиотеки, ни слова не говоря, подошла к нему и обняла.
— Перестаньте, — сказал он. — И не думайте, что я такой добрый волшебник. Мне слишком часто приходится быть крысоловом…
С людьми надо быть осторожнее. Так всегда говорила она, райская птица. Особенно с женщинами. Они ничего не делают просто так. Они всегда притворяются. Не попадись в ловушку, говорила райская птица. Но как было не попасться? Она казалась искренней, честной и как будто не притворялась. И всё могло получиться. Карие глаза, тонкие пальцы и платья. И мелкие морщинки в уголках глаз, всегда, когда она смеялась. Казалось, такая — она настоящая. Она другая, не как остальные. Ее хотелось пустить ближе. У нее мягкие волосы, их можно гладить. И нежная кожа, на нее приятно смотреть. Так красиво, что можно даже не трогать. Прикосновения могут всё разрушить. Может, всё-таки стоит попробовать? Обмануть райскую птицу? Попробовать? И вдруг на этот раз выйдет? Райская птица кричала, что ничего никогда не получится. Что без нее ты не сможешь справиться, ты запутаешься, заблудишься и пропадешь. Она же так любит тебя, райская птица, только она так тебя любит. Она так прекрасна, она так мудра. Она так жестока! Безжалостна и жестока!
Наверное, Аптекарь всё-таки добавил мне в чай своих снотворных капель, потому что я прекрасно спала, и в моем сне не было никаких тревог. Мне снились старинные фолианты, руки Аптекаря, которые что-то готовили в разноцветных склянках, и его рыжая кошка. Гостевая спальня оказалась под самой крышей, почти на чердаке, там была просторная кровать под лоскутным одеялом, старинный шкаф и кресло-качалка с вышитой подушкой. Когда я проснулась, в окно стучал дождь, и в комнате тоже пахло дождем и скошенной травой. Странно, но мне стало намного спокойнее. Я знала, что мне нужно делать. Просто идти дальше маленькими осторожными шагами. Мне непременно надо было поехать к Марте, чтобы попросить у нее прощения за то, как я себя вела. Мне было ужасно стыдно за вчерашнее, да и вообще, я знала, что она волнуется, а я ей даже не позвонила. К тому же и мой телефон тоже остался у нее.