В этой главе мы ничего не утверждаем, просто задаем вопрос. По нашему мнению, речь идет также о 3–4 годах. Удивительно, что этот период времени от дня смерти Христа до превращения группы его сподвижников в общину, в команду в христианской литературе практически не рассматривается. Когда читаешь произведения различных авторов, создается впечатление, что всё происходит спонтанно, буквально за считанные недели. Конечно, объяснение этому есть. Согласно существующим хронологиям, смерть Христа произошла весной 31 либо 33 г. Если взять последнюю официальную версию, то она вообще не стыкуется с началом служения апостолов, поэтому об этой несуразице стыдливо умалчивается. Версия А. Меня гораздо более правдоподобна. Иисус умер в 31 г., и тогда же началось служение апостолов, но срок между первым сбором общины, а он был в мае-июне, и началом проповедей — всего несколько месяцев — так считалось. Стоит ли уделять внимание такому малому периоду времени? Стоит. Во-первых, потому, что он не так уж и мал; во-вторых, психологический подтекст этого периода времени очень велик; в-третьих, он очень важен в хронологическом и познавательном плане.
Одной из основных и, может быть, самых привлекательных черт Христа была кротость, изменившая ему, видимо, один раз в жизни. Окружение его было невоинственно. Агрессивность, если эта черта присуща народу или ее отдельным представителям, — не та почва, на которой могут произрастать идеи христианства. Итак, спутники Христа — совершенно разные по возрасту, образу жизни, моральным устоям и многим другим характеристикам. Объединяет их только могучая личность Учителя. Его духовность, Божественная сущность, Святой Дух. Что происходит с одиннадцатью людьми, которые остаются одни после смерти лидера? Женщины, искренне любившие и оплакивавшие Христа, в счет не идут, они, с учетом иудейских традиций, конечно, будут играть заметную роль в новой общине, но оставаясь на вторых ролях. А сейчас делятся первые роли новой структуры. Естественно, никто другой, кроме тех, которые сопровождали Христа, делили с ним кров, пищу, непогоду, переживали его смерть, получив огромный эмоциональный заряд, не будет допущен в этот маленький клуб. Он только для избранных. Они собираются в какой-нибудь не очень богатой таверне и ведут нескончаемые беседы. Во-первых, каждый из них сейчас, как никогда, нуждается в локте друга; во-вторых, умом и сердцем они понимают, чувствуют, что сейчас происходит нечто очень важное и что обратной дороги нет. Конечно, у некоторых из них остались определенные гражданские обязательства, семьи, да и средства к существованию добывать надо, не вечно же сидеть на шее трактирщика, поэтому никто не делает обязательным посещение собраний — это не в обычае иудеев; кто-нибудь из них, а может быть, и каждый пропускает некоторые заседания, но жажда общения не утихает.
Перед ними стоит одна из основных проблем любой биологической популяции — иерархия. Им необходим лидер.
Иисус был, как говорится, бесспорным лидером. Дистанция, отделяющая его по духу от остальных членов группы, была настолько велика, что на нее никто не посягал. Теперь же им предстояло выдвинуть кого-то из своей среды и принять или не принять дистанцию, которую он назначит. Как и в любой другой ситуации, статистически из десяти человек потенциально только один годится на роль лидера, и им стал Петр. Но очень сомнительно, что так склонные к спорам иудеи сделали свой выбор сразу — практически это невозможно. И здесь даже важен не столько период времени, в течение которого был избран новый лидер, как срок, в течение которого он учился быть лидером, утвердился в новой роли. Вряд ли это несколько месяцев. Иоанн — второй человек в иерархии. Петр, безусловно, очень талантлив, и у него есть дар убеждения, способность к врачеванию и превосходная хозяйственная сметка. И он начинает проповедовать. В приватных беседах любой из членов общины волен излагать свои взгляды. Петр не только этому не противится, но, наоборот, — приветствует. Но эти беседы, эти разговоры — только почва, на которую необходимо пролить живительную влагу его убежденности, его веры, — без этого стержня вовлечение новых членов в общину невозможно.