Вдруг стало очень больно. Я увидела, что мне в бок попала стрела. Я знала, что стрелы не надо вытаскивать, но растерялась, выдернула её, полилась кровь и больше ничего не помню…
Очнулась в какой-то комнате на кровати. Окно занавешано. Полумрак. У стола женщина в фартуке, видимо, сиделка. Она увидела, что я очнулась, поднялась, подала мне воды, что-то спросила. Я не могла ответить. Сознание того, что из-за меня погибло столько людей, убивало меня. Почему я не погибла? Зачем я жива? Мой Дар исчез. Я не знала, кто погиб, кто ранен, кто жив. Я плакала, я оплакивала их всех. Слезы всё время текли из глаз.
Пришёл ЧЧ, рука у него была на перевязи, что-то спросил у сиделки, она ему что-то ответила. Он подошёл к изголовью, вытер мои слёзы своим платком. Снова что-то сказал сиделке. Она принесла подушку. Поднял мою голову, поменял подушку, видимо, та была от слез мокрая. Сел на стул возле кровати, взял меня за руку. В его глазах я увидела слёзы. Сидел он долго. Ушёл. Я уснула. Проснулась, сиделка покормила меня какой-то кашей, дала пить. А я всё плакала, точнее слёзы текли из глаз без моей воли. Я не хотела плакать, а они всё текли и текли. Приходил доктор, осматривал. По нескольку раз в день приходил ЧЧ, садился, брал за руку и смотрел. Когда я смогла говорить, я спросила: «Где я?» - «Во дворце». – «Что со мной?» - «Ты была ранена, потеряла много крови, но сейчас самое страшное уже позади. Ты скоро поправишься» - «Что с Вашей рукой?» - «Небольшая рана» - «Много погибло?» - «Наших немного. Мы подоспели вовремя» - «Подоспели вовремя», – повторила я.
Они подоспели вовремя? Я вспомнила ребят из гарнизона, как мы их ждали, как надеялись. Они подоспели вовремя… Слезы с новой силой полились из глаз. Откуда они только берутся.
Через несколько дней поднялась с постели. Если жива – надо жить. Села к столу и пишу Вам, Учитель.
Идет ЧЧ, кончаю писать. До свидания.
(На этой странице некоторые слова размыты, видимо, слезами – Примечание составителя)
Тетрадь Георга. На чёрном кровь не видна
Боги, да пожалейте же вы её. Сколько же можно сыпать бед на эту маленькую, хрупкую, но такую мужественную девушку?!
С образованием Кабинета Министров восстановление страны шло гораздо быстрее. Легализованные Министры работали по своим направлениям, но уже официально отвечали за свою работу и всё получалось неплохо. Поэтому я не очень удивился, когда Король вызвал меня и сказал, что направляет меня в западное королевство на помощь в борьбе с эпидемией по просьбе короля Конлайна. Я знал, что западное королевство пострадало также сильно, как и южное, хотя они были предупреждены заранее. Поехал без особой охоты, но Долг – есть Долг. Часто наше благополучие зависит от благополучия соседей.
Наша миссия работала с раннего утра и допоздна, но у нас уже был опыт, поэтому каких-то неожиданностей не было. Но меня не покидало ощущение, что что-то не так, что король что-то недоговаривает. Однажды у крыльца дома, который нам выделили под миссию, я увидел воя из своего гарнизона. Он стоял и что-то объяснял королевскому вою, тот отрицательно качал головой. Я подошёл, спросил, в чем дело. Наш вой обрадовался и сказал, что имеет для меня важное известие. Мы прошли в мой кабинет и вой сообщил, что мой замок уже второй месяц осаждает войско Джафара и что Король приказал соседним гарнизонам не вмешиваться. «Мы всё время пытаемся пробиться к Вам, но нас не пускают» - добавил он.
Я вызвал помощника, приказал сворачивать работу миссии. Пусть справляются сами, если добра не понимают. Вскочил на коня и помчался в столицу. Злость раздирала меня: «Ну, Королёк, ну, гад ползучий, решил одним выстрелом двух зайцев убить: меня подраззорить и Эвелину, свидетельницу твоей трусости, уничтожить? Посмотрим ещё кто кого!»