На третий день я не выдержал и заперся у себя в кабинете. Конечно, дел накопилось немало, и важных дел – из столицы я уехал почти месяц назад. Но я-то знал – я сбежал! Сбежал впервые в жизни!!! Принимал только Управляющего и Эвелину. Подписывал счета, выслушивал, что ТАМ твориться, и снова брался за свои бумаги. Сначала в коридоре у дверей кабинета было шумно, потом все тише-тише. Я понял, Эвелина главный удар приняла на себя. Спасибо тебе, родная!!!
Накануне свадьбы позвал Эвелину и разложил перед нею все украшения – и те, которые купил, и те, которые остались от мамы и бабушек, фамильные драгоценности , одним словом. Предложил ей выбрать, что надеть на свадьбу. Она с увлечением рассматривала побрякушки, потом сказала: «На свадьбу я надену то, что Вы подарили к Королевскому балу». Конечно, мне было приятно, но я приложил все усилия, чтобы она выбрала что-нибудь ещё. Она согласилась на диадему и браслет. Видя, что я расстроен, она добавила: «Не огорчайтесь, Георг. Все эти украшения мне очень нравятся, и я буду носить их дома. Например, надевать к ужину». Я представил, что после ужина поведу её в спальню, сниму это колье и… «Кое-кто» зашевелился. Нужно унять воображение, а то мы «кое-кем» до свадьбы не доживем, не то, что до… Что-то жарко стало. Надо пойти в душ.
Наступил день свадьбы. Утром я помылся в ванне, старый слуга Том без привычного ворчания побрил меня. Том был слугой ещё у моего отца, а после его смерти стал моим слугой. Чего мы только с ним не прошли! Он был единственным человеком, от которого я чувствовал теплоту и отеческую заботу. Поэтому только двум существам позволялось ворчать на меня – ему и Брюсу. Похоже, что к ним добавится Эвелина. Нет, Эвелине будет позволено ВСЁ. Я стал одеваться. Надел сапоги, камзол, а Том всё ходил вокруг меня, оглаживал рукава и приговаривал: «Вот и славно. Вот и хорошо. Наконец-то» Добрый славный мой старик.
Спустился вниз. Вот появилась Эвелина. Боги мои, как она хороша в своем белом платье с длиной фатой. Моя диадема, казалось, была куплена специально к этому наряду. Красавица моя! Всех богинь и королев краше моя Эвелина! Она спустилась, посмотрела на меня, как тогда: «Ну как? Всё хорошо?» Мой восхищенный ответ она увидела в моих глазах. Мы пошли к коляске и поехали в святилище. Там было много людей.
Подошли к чаше. Священник спросил, готов ли я кормить и защищать свою жену. Я ответил, что готов. В древних словах ритуала много мудрости. Когда-то кормить свою семью было главным Долгом мужчины-добытчика, охотника или земледельца. Теперь «кормить» - значит обеспечивать семью всем необходимым: крышей над головой, средствами для жизни и другим. Защищать теперь приходится не только от врага, который приходит с мечом в руке, но и от недоброжелателей, слова и дела которых наносят вред больший, чем оружие. Для женщины Долг – это рожать детей, продолжать род, продолжать жизнь. «Готова» - сказала Эвелина.
Перешли к самой сложной части обряда – ритуалу слияния крови. В каменную чашу лили кровь жениха и невесты, точнее кровь рода жениха и кровь рода невесты. Если боги благославляли брак, то кровь в чаше исчезала, если нет, то кровь в чашу не впитывалась. Мне приходилось видеть, как вполне благополучные пары расходились в разные стороны после этого обряда. Поэтому я немного волновался. Порезал ладонь, кровь струйкой потекла в чашу. Священник ковырял пальчик Эвелины (чуть не убил его). Первые капли её крови слились с моими, и мгновенно чаша стала пустой. Боги приняли наш дар, наш союз освящен богами! Потом Эвелина положила свою ладонь на мой порез, и он исчез, даже следа не осталось. Вот это Дар у моей жонушки, даже лекарь не нужен! Но больше всего я был рад потому, что я знал – у Эвелины Дар не постоянен, он может быть сильным и ярким, может быть слабым или совсем исчезать. Если сейчас её Дар силен, значит у неё всё хорошо. Надеюсь, что в этом есть и моя заслуга. Священник повязал нам руки обрядовым поясом с вытканными словами о соединении двух родов. Выходит, мне придется опекать её бесхребетного братца и его семейство? Ладно, справимся. Мы пошли, точнее, поехали, к столу.
За столом обряд продолжался. Мы разломили и съели три пирога: с птицей - символом неба, со зверем – символом земли, рыбой – символом воды. Таким образом, мы как бы соединились со вселенной. Из кубка выпили пива из зерна, выращенного именно здесь, на этой земле и соединились с этой землёй, землёй рода и земля приняла ещё одного члена. На этом обряд закончился, руки нам развязали. Я положил руку на талию Эвелины. Она недовольно зашевелилась. Я прижал покрепче: «Моё. Имею право!»