Пальцы другой руки терзали сосок. Пощипывая и оттягивая чувствительную плоть, периодически, он опускал руку и проводил по налитому стволу Джастина, но недолго, не позволяя ему получить разрядку раньше времени. А Джастин ловил эти мгновения, с жадностью принимаясь толкаться ему в руку, с силой подавался назад, насаживаясь на пальцы, постанывая и поскуливая, когда те задевали чувствительную точку у него внутри — разрываясь от ощущений. Вскоре, ухватив его за бёдра, Крис приставил головку к разработанному отверстию и толчками стал проникать, раздвигая всё ещё довольно узкий вход. Как только головка вошла внутрь, он, с протяжным стоном, плавно задвинул свой член по самые яйца, до предела растягивая Джастина изнутри.
— Какой же ты узкий, Джастин… Ты в порядке? — спросил он.
— Продолжай, — лишь сдавленно ответил тот.
Так же плавно он выскользнул, оставив лишь головку. И уже чуть быстрее задвинул член в тугое отверстие. Как нож в масле, его ствол утопал в Джастине, раздвигая упругие стенки и продолжая набирать обороты. Отчётливо давящий внутри орган доставлял Джастину боль, которая уже довольно скоро разбавилась приятными ощущениями, когда Крис задел простату. Боль и наслаждение накатывали одуряющими приливами, что заставляло его стонать и подаваться навстречу. Это явно нравилось Крису, то и дело отпускавшему разного рода словечки в адрес происходящего. Ласки его рук, напор сильных движений, трение его стального поршня в глубинах горячего тела, уносили Джастина куда-то далеко. Хриплым голосом он постанывал и ощущал на себе мощь вбивающегося в него парня, потерявшись во времени.
— Ох, стой, хочу… — прохрипел Крис.
Он вышел из Джастина, а тот, на своих ватных ногах только и смог, что облокотиться на стенку, которая отдавала приятным холодком. Крис перетащил его на кровать и, уронив спиной на подушки, пристроился между ног. Не успев сообразить в чём дело, Джастин ощутил губы Криса на своем члене. Довольно умело он принялся облизывать ствол со всех сторон, попутно играя с яйцами, затем заглотил член почти полностью, запуская пальцы в растраханную дырочку и поглаживая гладкие стенки изнутри, отчего Джастин чуть не кончил ему в рот, закатывая глаза, пытаясь ухватиться за Криса непослушными руками.
Балансировать на грани оргазма было всё сложнее, и Крис, быстро выпустив член изо рта, заставил Джастина встать на четвереньки, а сам пристроился сзади и вставил ему под самый корень. Не обратив никакого внимания на протяжный вскрик, сразу же начал долбить бешеным ненасытным темпом. Задыхаясь от распирающего его ощущения запредельной заполненности, чувствуя, как движется в нём, раздвигая его собой обжигающе-горячий член, Джастин покорно расслабился, позволяя Крису использовать его тело, так, как тому захочется.
Уже не испытывая ничего, кроме потребности дать выход своему животному возбуждению, и выплеснуть это ненормальное, сумасшедшее удовольствие, он быстро подхватил жёсткий ритм движений, безжалостно вбивающегося в него Криса.
— Ещё… Не останавливайся. Будь ты проклят! Только не останавливайся… — закричал Джастин, упиваясь мрачной свирепостью мужчины за своей спиной.
Крис всё ускорялся, зверея, двигаясь широко, размашисто, влетал со всей дури, с наслаждением вслушиваясь в захлёбывающиеся вскрики, менял угол проникновения, причиняя больше боли, или удовольствия, или и того и другого вместе, впиваясь ногтями в кожу, растягивал в стороны сжимающиеся ягодицы.
Дурея от ощущений жадно наблюдал, как его член въезжает во влажное, растянутое им отверстие, а Джастин — сгорающий в этом безумном пламени, не менее яростно подавался ему навстречу, бился под ним, умирая и возрождаясь заново, принимая и поглощая всю эту бьющую через край энергию жизни. Руки уже почти не держали, и Джастин уткнулся носом в подушку, выгибаясь ещё больше.
Крис наваливался сверху, кусал его плечи, беззащитную шею инстинктивно, судорожно сжимая зубы, оставлял быстро наливающиеся багровым следы, зализывал и снова начинал кусать, наслаждаясь вкусом упругой кожи. Ни на мгновение не замедляя движения, перехватил Джастина под живот, другой рукой вцепившись в волосы, и подняв его на колени, Крис откинулся назад, резко дёргая его на себя, насаживая до предела. Джастин заорал, срывая голос — ему показалось, что раскалённый кол пронзил его до самого сердца, и это ощущение стало последним, что он почувствовал, перед тем, как его накрыл оглушающий по своей силе оргазм. Проваливаясь в блаженную темноту, он ещё какое-то время ощущал внутри себя замедляющиеся толчки Криса. Далеко, где-то совсем далеко.
Подхватив падающее тело, пытаясь перевести дыхание после испытанного наслаждения, Крис бережно опустил Джастина на простыни. Он провел пальцами по влажной коже спины, обвёл наливающиеся синевой отпечатки на бёдрах, развёл ягодицы, рассматривая покрасневшее, ещё не закрывшееся, растянутое отверстие. С каким-то болезненным наслаждением, он наблюдал, как тонкой струйкой из него вытекает розоватая смесь крови и его собственной спермы. Потом перевернул его на спину, поддавшись непонятному, внезапному порыву наклонился и слизнул беловатые капли с живота Джастина, провёл языком по вялому члену, пробуя, запоминая, даря эту бессмысленную ласку безучастно раскинувшемуся на постели телу.
Джастин спал, безмятежно, как набегавшийся ребёнок, чуть приоткрыв рот. Крис тронул губами подрагивающие ресницы, слегка потёрся о висок, и набросив на Джастина простыню, направился к креслу, по пути плеснув себе коньяка. Ему нужно было подумать.
20. «Seneca Oil» — первая крупная нефтяная компания США. Хотя качества нефти как топлива уже были достаточно хорошо известны, сколь-нибудь развитого нефтяного рынка в США не существовало. Одной из первых нефтяных компаний была Seneca Oil, основанная Джорджем Бисселом и Джонатаном Ивлетом в 1850-х, после стала собственностью их партнёра Эдвина Дрейка, который в итоге разорился.
* при. автора — Джон Рокфеллер — американский предприниматель, филантроп, первый долларовый миллиардер в истории человечества. Основал самую крупную в мире нефтяную компанию: Standart Oil Company через 5 лет, в 1870-м году. Рокфеллер скупал конкурентов, фальсифицировал сделки, делал всё, чтобы стать монополистом на рынке. Позже он подмял под себя все процессы ведения нефтяного бизнеса и вышел на международный уровень. Во времена повествования, Рокфеллер уже действительно занимался нефтяным бизнесом, имел нефтеперерабатывающий завод «Флэтс».
21. Адма — в Ветхом Завете город вблизи Мёртвого моря, один из порочных городов Содомского пятиградия в долине Сиддим, уничтоженный вместе с Содомом и Гоморрой.
***
Джастин проснулся как-то сразу, в один момент распахнул глаза, удивлённо рассматривая незнакомую комнату. Воспоминания обрушились внезапно — грязные, обжигающие, но Джастин вдруг понял, что не испытывает ничего. Ни боли, ни ярости, ему не было стыдно. Он, снова и снова, прислушивался к себе, пытаясь осознать свои чувства, но не было ничего, что могло бы смутить его. Он повернул голову и встретился с немигающим взглядом Криса. Тот лежал рядом, облокотившись на локоть, и напряжённо всматривался в его лицо, ловя отблески эмоций в пустоте равнодушных глаз.
Поморщившись от тянущей боли, Джастин сел на постели, и почувствовав неожиданный прилив сил, встал и как был, обнажённый, подошёл к распахнутому окну. Свежий, влажный воздух врывался в комнату, раздувая лёгкие занавески; умытые дождём улицы, радостно поблёскивали лужами в лучах утреннего солнца, а горожане, как всегда, спешили по своим делам. Он расслабленно потянулся, плавно, как кот, изгибаясь всем телом, резко развернувшись, снова поймал горящий взгляд синих глаз. Усмехнувшись, он подошёл к столу, налил из кувшина воды в миску, набрал в ладони чистую, прозрачную жидкость, с наслаждением смывая с лица и шеи пот и воспоминания об отчаянно-долгой ночи.
Джастин обошёл спальню, собирая разбросанные с вечера вещи, удивляясь и посмеиваясь про себя, как неожиданно башмак оказался валяющимся у камина, тогда, когда брюки, второй башмак и шейный платок нашлись у кресла, а рубашка в углу, в другой стороне комнаты. Он не спеша оделся, зачем-то вернулся к камину и тронул пальцем зуб раззявившего пасть золочёного дракона.