— Пап, ты нас звал? — подаю голос, чтобы отец заметил.
Он поднимает голову от бумаг, лежащих на письменном столе. Внимательно рассматривает нас с сестрой и произносит:
— Присядьте, — указывает на маленький диван.
С Данией исполняем желание отца, вопросительно переглядываясь.
— У меня для вас новости, одна плохая, другая хорошая. Начну с плохой. Мой бизнес терпит не самые лучшие времена. Всё моё дело под угрозой. Не буду вдаваться в подробности, но также угроза виснет и над вами. Чтобы защитить вас и бизнес — я принял решение, — отец замолкает, поднимает какую-то бумагу со стола.
Слова родителя приводят в недоумение. Всё внутри холодеет, услышав не очень приятные вести.
— Перехожу к хорошей новости, — продолжает отец, — Дания, мы поговорили с Тамиром, он берёт тебя замуж. И поэтому через несколько дней проведём церемонию никах **.
Сестра издаёт писк, прижимая ладони к губам. Она вся светится, а её глаза полыхают счастьем и восторгом. Улыбаюсь, зная, как она мечтала выйти за Тамира замуж, и даже искренне радуюсь за сестричку.
— Папа, я так счастлива! — выпаливает Дания, чуть ли не плача.
— Я рад, кызым (пер. с татарского «дочка»).
Но отец не выглядит весёлым, наоборот, он очень серьёзен и даже напряжён. Меня это удручает, а значит, у него и впрямь не всё гладко.
— Теперь ты, кызым, — а это уже обращается ко мне, и я непроизвольно напрягаюсь. Что-то подсказывает: меня тоже затронет «решение» отца.
— Внимательно слушаю, папа, — натягиваю улыбку и, надеюсь, получается искренняя.
— Ты тоже выходишь замуж, — объявляет отец. И сказанное им производят эффект пощёчины.
— Пап, какой замуж?! Во-первых, я ещё учёбу не закончила, во-вторых...
— Не перебивай меня, Алсу! — папа резко обрубает мою речь. — Ты выходишь замуж за Тамира Тимерхановича.
— Что-о-о?! — одновременно восклицаем с сестрой.
— Папа! Я не согласна! — чуть ли не кричу, выпаливая протест.
— Я тоже не согласна, чтобы Алсу выходила замуж за Тамира. Тем более, по закону Ислама запрещены браки родных сестёр с одним мужчиной, — возмущается Дания. И я ей очень благодарна за это.
— А ну, молчать! — отец гаркает и ударяет кулаком по столу. — Только я буду решать, кто выйдет замуж, а кто нет. И моё решение не обсуждается!
Грудь сдавливает невидимыми цепями, что даже становится трудно дышать. В ушах шум от частого сердцебиения. Если бы стояла, точно упала в обморок. От таких «новостей» можно получить сердечный приступ. И что-то я ничего хорошего в них не услышала, только смертный приговор для себя.
* — Гульсина-апа (апа — перевод с татарского “тетя, сестра”)
** — никах — это традиционный исламский обряд бракосочетания.
___________
От автора: Приветствую всех в своей новинке! Очень буду рада, если вы присоединитесь к новой истории, надеюсь она вам очень понравится. Вас ожидает: много ревности, любви, боли и обязательно хеппи-энд (только с одной из сестер). История очень провокационная, противоречащая законам. Данная книга задумка и фантазия только автора, не несёт оскорбительный характер или мотив кого-то задеть, это художественное произведение. Все персонажи являются вымышленными и любое совпадение с реально живущими случайны.
Очень буду рада вашей поддержке, добавляйте в библиотеку и ставьте звездочку, это мотивирует автора на написание книги.
Глава 2
Алсу
— Сегодня на ужин пребудет Тамир. Вы должны с ним познакомиться поближе. Назначим день ваших торжественных бракосочетаний...
— Папа, остановись, пожалуйста! Что за бред ты несёшь? — опять перебиваю отца. Ну, это просто не мысленно. Такое в страшном кошмаре не приснится.
Бедняжка Дания́ уже плачет, обливаясь горькими слезами. А ведь минуту назад сверкала от счастья.
— Ты как смеешь разговаривать с отцом в таком тоне?! Я сказал молчать! — он не на шутку злится, и я покорно замолкаю, боясь ему перечить. — Вы всей катастрофы не знаете, что виснет над нашей семьёй. Свои девичьи обиды спрячьте куда подальше. Сейчас я думаю только о вас, когда есть угроза.
— Какая угроза? — спрашиваю отца, еле сдерживая подступающие слёзы.
— Смертельная.
От папиного ответа даже Дания резко перестаёт плакать, замирая на месте.
— Не пугай нас, — ошеломлённо произношу, еле двигая онемевшими губами.