Сегодня день — никаха Дании и Тамира. Я категорично отказалась там присутствовать. Как бы я ни любила сестру, но сейчас не желаю ей счастья. Просто представить, что в скором будущем окажусь на её месте, меня передёргивает.
Мне удалось увидеть Данию в её свадебном облачении. Она выглядит поистине потрясающе: белоснежное платье в пол с длинными рукавами, изысканно украшенное золотыми вышивками и кружевными узорами. На её голове белый платок, завязанный в тюрбан, от которого струится длинный шлейф, напоминающий фату.
Дания очень красива в этом наряде. И если бы не обстоятельства, искренне пожелала ей счастья с Тамиром. Сестра так и осталась холодна и суха со мной. Сколько бы ни пыталась с ней поговорить, она сдержанно и бесстрастно отвечала мне.
К нам домой приехали несколько гостей — это тётя с мужем Тимуром, Тамир с тремя своими родственниками. Как рассказала Гульсина-апа, приехала мать жениха. Будущую свекровь я ни разу не видела и не горю желанием познакомиться, хоть меня и просила гувернантка спуститься и почтить уважением будущую свекровь.
Бр-р-р.
Жуть какая.
Также приехал и сам Мулла, чтобы провести обряд. Церемония никаха продлилась около часа, после проповеди обычно приглашают Имама и гостей к застолью.
После того как священнослужитель покидает дом или сами брачующиеся мечеть, которые пожелали провести обряд в стенах святыни, начинают настоящее празднование, сопоставимое со свадьбой официальной регистрации в ЗАГСе.
Но, как сообщила Гульсина-апа, Тамир отказался. Он вместе с Данией уехали в его дом. И вот этот факт вызывает во крупную дрожь, представляя, что-то же самое ожидает и меня.
— Как всё прошло? — спрашиваю тётю.
Сразу после того, как проводили гостей, Нурия-апа поднялась в мою комнату.
— Всё отлично прошло. Дания осталась довольной и с улыбкой на лице упорхнула из родительского дома, — ухмыляется тётя.
— А почему не стали праздновать?
— Тамир так захотел. У него срочные дела.
— Понятно, — вздыхаю тяжело.
— Я останусь ещё у вас, помогу тебе выбрать наряд. Ты же мало в этом понимаешь, — не спрашивает, а утверждает.
Морщусь от слов тёти, совершенно не хочу выбирать себе наряды. Если бы я выходила замуж за любимого, в первый день о помолвке побежала искать себе платье. А сейчас даже нет никакого желания, что-либо себе приобретать.
***
— Алсу, ты вообще в последнее время не нравишься мне. Что с тобой происходит? — спрашивает Марина с беспокойством.
До меня не сразу долетает смысл сказанного подругой. И с заторможенностью отвечаю ей:
— За сессию переживаю, — вру и не краснею.
В кафедре много студентов, скоро летняя сессия и у всех в один момент появляется тяга к учёбе, исправно посещая все пары.
— А Рому избегаешь тоже из-за сессии? — в интонации подруги звучит недоверие.
Что вот ответить Марине? Что завтра выхожу замуж за мужчину, который является мужем моей сестры? Да, я стала избегать Рому. Потому что не хватает смелости признаться в позорной и грешной тайне. Если на мнение других мне плевать, но только осуждение и разочарование в глазах Романа — я не выдержу.
Всю эту неделю после института, мы с тётей ездили в свадебные салоны для мусульманских невест. И я ненавидела такие моменты. Хотелось кричать на всех и убежать куда глаза глядят. Если днём сдерживала эмоции, то уже ночью, лёжа в своей кровати, с горя ревела в подушку.
Смотрю в красивые зелёные глаза подруги, и в голове вспыхивает идея — вздорная и безрассудная, из-за которой, возможно, сильно пожалею, но другого выхода не вижу, иначе я сойду с ума.
— Марин, можно сегодня к тебе с ночёвкой? — осторожно спрашиваю подругу.
Одна бровь девушки приподнимается, с напряжённым внимание вглядывается в мои глаза.
— Можно, конечно. Но обещай, ты мне всё расскажешь, что творится с тобой.
Это настоящий квест, покидать здание института. Потому что на парковке стоит машина с водителем, который каждый день, верно, ждёт мою персону по указанию отца. Через чёрный ход института пробиваемся на улицу. Стараясь незаметно, ускользнуть через задние дворы учреждения. Добираемся до съёмной квартиры Марины за полчаса. Она её снимает с ещё одной студенткой. Сама Марина из окраины, откуда приехала в наш город поступить в институт. Надеюсь, смогу на время у неё пересидеть, пока всё не пройдёт. И первое, что сделала — выключила телефон, предварительно написав тёте Гульсине: «у меня всё хорошо и не ждите сегодня».
Вечером с Мариной готовим ужин, и по ходу рассказываю ей всю сложившуюся ситуацию. Подруга, естественно, ужасается и пребывает в шоковом состоянии.