— Чёрт... Да, пошёл ты! — Недовольный тем, что в него кто-то врезался отвечает мне Гриот. — Пойдем в таверну — там и узнаем. Всё равно одним чаем не проживешь.
Моим ногам становится тяжелее нести меня по всё более возвышающейся дороге. Первые этажи домов уже стали просто осадками в своем растворе, а небо покрывалось паутиной лестниц и мостков между ними, а мы, сжатые в клещах прохожих, выбрали одну из таких неказистых коробок, от которой несло хмелем.
Весело оттолкнув от себя дверь, мы вошли в тёплый и склизкий полумрак кабака. В небольшом помещении уместилось человек пять: три явных забулдыги, не просыхавших еще до своего зачатия и двое торговцев-одиночек, наслаждающихся обстановкой и поеданием местной стряпни. Хозяин с загадочным и гордым видом, явно не соответствующим своему заведению, приветственно воскликнул:
— Что привело вас сюда, путники?
— Еда — кинув руки на обрубок стены разделявший их, начал Гриот — да и ещё одно щепетильное дельце...
— Слушаю — словно очнувшись, прохрипел небритый хозяин.
— Вот видишь ли: я — поэт! Творческая натура и мне бы хотелось — играючи вздернув подбородок, продолжал скиталец — прочитать в этом городе свою великую поэму! — Он ударил рукой по плащу, всколыхнув его.
— И как же великий ты её назвал?
— “Энума Эльш...”!
— Ну... С таким имечком тебе только в кабаре идти... — поднеся руку к подбородку, думал хозяин — иди-ка вверх по пятому от Века лучу, самое шумное заведение — твоё! Что ж, чего изволите?
В противной атмосфере таверны мы спустя много дней смогли нормально поесть.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов