Они выехали в свете начинающегося дня.
К полудню колонна уже пересекла Бразос и свернула на запад, на Федеральную 10. Все внутренние шоссе были усеяны ямами, заправщики ехали медленно, но когда они выехали на Федеральную, то смогли прибавить ходу.
В рации раздался голос Цепса:
– Майкл, у меня тут проблема.
Питер повернулся назад. Конвой остановился. Майкл остановил «Хамви» и сдал назад. Цепс вылез из кабины грузовика и уже стоял спереди, поднимая капот.
– Что за проблема? – окликнул его Майкл.
Цепс махнул тряпкой, отмахиваясь от идущего от двигателя пара.
– Думаю, насос охлаждения. Сразу не починю. Часа два, не меньше.
Вариантов два. Ждать, пока починят машину, или оставить заправщик здесь. Для полного счастья, по обе стороны от дороги непроходимый кустарник. Ближайшая развязка в шести милях позади. Придется возвращаться до самого Уоллиса, значит, снова переезжать по мосту через Бразос.
– У него получится? – спросил Питер.
– Запчасти есть. Не вижу причин, чтобы не вышло.
Питер дал свое согласие, и Майкл снова взял рацию.
– О’кей, внимание всем. Заглушить моторы.
– Ты серьезно? – отозвалась Лора. – Скажи Цепсу, чтобы убрал с дороги эту груду хлама.
– Да, серьезно. Глушим моторы, народ.
Питер расставил охранников по обе стороны от конвоя, и люди наставили оружие на непроходимую стену деревьев и кустарника. Посреди дня вряд ли что-то случится, но в таких зарослях вполне могут прятаться Зараженные. Цепс и Лора принялись возиться с мотором. Тянулись минуты, и водители достали карты.
К тому времени, когда Цепс сказал, что починил охлаждение, было уже начало четвертого. Ремонт занял почти четыре часа. До Керрвилла еще двенадцать часов пути. Даже больше, поскольку придется ехать в темноте.
– Еще не поздно вернуться назад, – сказал Майкл. – Мы можем развернуться у Коламбуса, на съезде. Развязка в хорошем состоянии.
– Сам что скажешь?
Они стояли у «Хамви», вдали от остальных.
– Если по мне, то надо ехать дальше. Еще несколько часов в темноте, какая разница? Не то чтобы такого еще никогда не было. Эти старые развалины всю дорогу ломаются. А до самого Сегуина у нас широкая дорога.
Майкл пожал плечами.
– Так что тебе решать на самом деле.
Питер задумался. Это риск, но разве не риск все это дело в любом случае? Доводы Майкла вполне логичны.
Он кивнул.
– Поедем.
– Молодцом. Смотри в оба, брат.
Дорожные указатели, дырявые, ржавые, покосившиеся, будто пьяные. Древняя дорога с поваленным защитным ограждением, тянущимся вдаль. Разваливающиеся придорожные кафе, заправки и мотели, рядом с некоторыми даже сохранились вывески с названиями, которые уже никому ничего не говорили. «Макдоналдс», «Эксон», «Уотабургер», «Холидэй Инн Экспресс». Питер смотрел на проносящиеся мимо пейзажи. Теперь они ехали быстрее, но это долго не продлится. Начинало темнеть.
Стемнело, когда они проезжали Флатонию. Они были в двадцати милях восточнее второго моста, устойчиво держа скорость в двадцать пять миль в час. В рации, которая до этого постоянно щелкала, когда переговаривались люди в машинах, повисла тишина. Они подъезжали к Лаллингу, и в конусах света фар «Хамви» появился указатель, на котором красной краской был нарисован большой крест. Убежище. Следующее будет через полсотни миль, севернее Сан-Антонио. Питер поглядел на Майкла, ожидая, что у того что-нибудь в лице изменится, но ничего не заметил. Они ехали дальше.
Уже подъезжали к мосту, когда Майкл вдруг резко подался вперед и пристально поглядел на дорогу.
– Какого черта?..
Питер уперся руками в приборную доску, поскольку Майкл резко затормозил. Кабину залил свет фар следующего «Хамви», который едва не врезался им в зад. Они резко остановились.
Майкл глядел вперед, сквозь лобовое стекло.
– Мне чудится, что ли?
Щелкнула рация.
– Что такое? – раздался голос Лоры. – Почему остановились?
Питер схватил рацию с приборной панели.
– ВС, третий и четвертый, в голову колонны, живо. Первый и второй, оставаться на местах. Всем оставаться в кабинах.
На дороге стояла неподвижная фигура. Не Зараженного, человеческая. Походящая на женщину в плаще, со склоненной головой.
– Что она делает? – спросил Майкл. – Она там просто стоит.
– Погоди здесь.
Питер вылез из машины. Женщина не пошевелилась и вообще никак не показала, что осознает их существование. Два внедорожника Внутренней Службы подъехали и остановились рядом с «Хамви». Питер осторожно пошел вперед, доставая пистолет.
– Назовите себя.
Женщина стояла у края моста, там, где вздымались вверх, в вечернее небо, его железные дуги. Питер поднял пистолет и подошел ближе. Женщина что-то сжимала в руке.