– Что вы хотите от меня?
VII. Изгой
40
Всех троих подобрал патруль Внутренней Службы утром. Их выслали на поиски пропавших заправщиков. К этому времени Питер, Майкл и Лора выбрались из убежища и вернулись на место нападения. От взрыва образовалась широкая, не меньше полусотни метров, воронка, а на полях вокруг валялись искореженные обломки машин. От продолжавших гореть луж нефти вверх поднимался черный маслянистый дым, марая собой небо, в котором уже кружилось облако птиц-стервятников. Вперемежку с обломками лежали тела, почерневшие, обгоревшие до хруста. Если чьи-то из останков и принадлежали напавшим, теперь определить это было уже невозможно. От загадочного блестящего фургона остались лишь несколько листов хромированного металла, ничего не значащих.
Майкл был сломлен. Его физические травмы – вывихнутое плечо, которое он сам себе вправил, ударив им в стену убежища, растянутые связки на лодыжке, рассеченная кожа над правым ухом, которую придется зашивать – были самыми легкими из всех. Двадцать три нефтяника и восемь человек из Внутренней Службы, люди, с которыми он жил и работал. Майкл был главным, был тем, кому они доверяли. А теперь их нет.
– Как думаешь, почему он это сделал? – спросил Питер. Он имел в виду Цепса. Долгой ночью, пока они сидели в убежище, Майкл рассказал Питеру о том, что увидел в зеркале заднего вида. Сейчас они сидели на земле, на берегу реки. Лора ушла вдоль берега вверх по течению. Питер видел, как она села на корточки у воды, как ее плечи вздрагивают от рыданий, слез, которых она не хотела показывать им.
– Думаю, он решил, что другого способа нет, – ответил Майкл, прищурившись и поглядев вверх, на кружащих птиц, хотя, судя по всему, просто смотрел в никуда. – Ты не знал его так, как я. У него внутри много чего было. Он никогда не позволил бы забрать себя. Хотел бы я, чтобы у меня духу хватило на такое, если что.
Питер прочел на лице друга боль и сомнение. Стыд выжившего. Хорошо знакомое чувство. Такое никогда не забудешь.
– В этом нет твоей вины, Майкл. Если кому и винить себя, так мне.
Если его слова и послужили утешением, видимых признаков этому не было.
– Как думаешь, кто эти люди? – спросил Майкл.
– Хорошо бы знать.
– Какого черта, Питер? Целый фургон Зараженных? Будто они у них домашние животные, а? А эта женщина?
– Этого я тоже не понимаю.
– Если им была нужна нефть, они могли просто отнять ее.
– Я не думаю, что они за этим пришли.
– Ага, точно. Я тоже.
Его тело напряглось от гнева.
– Знаю только одно. Если когда-нибудь найду этих людей, им не поздоровится.
Ночь они провели в убежище к востоку от Сан-Антонио, вместе с поисковым отрядом, а в Кервилл прибыли на следующее утро. Как только они оказались в городе, то их сразу же разлучили. Питер отправился в штаб дивизиона, Майкл и Лора – в Гражданский Отдел, заведующий всеми работами за пределами стен, в том числе на нефтеперегонном заводе во Фрипорте. Питеру дали время на то, чтобы привести себя в порядок, прежде чем он сделает доклад. Уже была середина дня, и в казармах было практически пусто. Питер долго стоял в душе, глядя, как вода смывает с него пыль и сажу. Зная себя, он понимал, что полноценная эмоциональная реакция на происшедшее еще впереди. Никак не мог понять, сила это или слабость, но он такой, какой есть. Он понимал, что у него большие неприятности, но это казалось ему пустяком. Более всего ему было жалко Майкла и Лору.
Одевшись в чистейший комплект формы, он пошел в штаб, располагавшийся в бывшем офисном комплексе рядом с городской администрацией. Когда он вошел в зал заседаний, то с удивлением увидел знакомое лицо, Гуннара Апгара. Если он и ожидал от него каких-то слов утешения, то очень быстро понял, что этого не будет. Стал по стойке смирно, но полковник лишь бросил на него холодный взгляд и тут же вернулся к чтению лежавших перед ним бумаг. Очевидно, рапорт от патруля Внутренней Службы.
Но куда больше Питера заставил задуматься вид второго из троих. Справа от Апгара сидел внушительного вида мужчина, Абрам Флит, Генерал Армии. Питер видел его один раз в жизни, когда по традиции Генерал Армии принимал клятву верности от вступающих в Экспедиционный Отряд. В его виде не было ничего особенного вроде бы, совершенно средний по всем параметрам человек, однако само его присутствие меняло все, будто заставляя молекулы воздуха колебаться с другой частотой. Третьего сидящего за столом Питер не знал. Гражданский, с узким лицом, опрятной седой бородой и волосами темно-пшеничного цвета.