– Что с лошадьми? – спросил он ее.
На ее лице была едва скрываемая боль.
– Думаю, нам надо вернуться до темноты.
Грир придержал лодку, и Эми забралась в нее. Потом уселся сам, на среднюю банку. В качестве весла пришлось использовать обычную плоскую доску. Эми была живым грузом, просто сидя на корме. Она закрыла глаза и обхватила живот, по ее лбу стекал пот. Она не издавала ни звука, но Грир счел, что для него это и лучше. Расстояние до корабля сокращалось, и он приобрел невообразимые размеры. Его ржавые борта возвышались над лагуной на десятки метров. Он лежал, накренившись, а вода вокруг него была покрыта толстым слоем нефти. Грир подгреб к вестибюлю стоящего рядом здания и остановил лодку у шеренги неработающих эскалаторов.
– Луций, думаю, мне потребуется твоя помощь.
Он помог ей выбраться из лодки и подняться по эскалатору, поддерживая ее за талию. Они оказались в атриуме. Еще больше эскалаторов, стены из дымчатого стекла. «Уан Аллен Центр» – гласил знак, позади которого виднелось множество офисов. Им предстоял серьезный подъем, этажей на десять, не меньше.
– Сможешь? – спросил Грир.
Эми прикусила губу и кивнула.
Они пошли к лестнице, ориентируясь по указателям. Грир достал из рюкзака пластиковую световую трубку и согнул ее о колено. Потом снова взял Эми за талию и начал подниматься. В спертом воздухе лестничной клетки висел густой запах плесени и гниения, через каждые два этажа им приходилось выходить оттуда, чтобы просто продышаться. Они остановились на двенадцатом этаже.
– Думаю, мы уже на нужной высоте, – сказал Грир.
Они посмотрели сквозь закрытое окно кабинета с книжными полками по стенам на палубу танкера, врезавшуюся в стену здания в трех метрах ниже. Спрыгнуть будет легко. Грир взял офисное кресло, стоявшее у стола, размахнулся, подняв его над головой, и метнул в окно. Раздался грохот, и стекло разлетелось на мелкие осколки.
Он обернулся, чтобы поглядеть на Эми.
Она смотрела на свою руку, держа ладонь перед собой и сложив ее чашечкой. Ладонь наполнялась ярко-красной жидкостью. Тут Грир заметил пятно на ее тунике. Кровь стекала по ее ногам.
– Эми…
Она встретилась с ним взглядом.
– Ты устал.
Его будто обволокло чем-то бесконечно мягким. Окутывающим все тело сном.
– Проклятье, – сказал он, теряя сознание, и осел на пол.
46
Питер вместе с остальными въехал в Сан-Антонио по Шоссе 90. Было раннее утро, ночь они провели в убежище, находившемся во внешнем кольце пригородов – огромном пространстве, заполненном обвалившимися и выбеленными солнцем и водой домами. Многие разрушились уже до основания. Убежище устроили в подвале полицейского участка, укрепив стены и вход. Это не из тех убежищ, что сделала ВС, объяснил Холлис, это сделали люди Тифти. Побольше, чем те убежища, которые Питер видел раньше, но такое же простецкое, просто тесное помещение с койками и гаражом, где наготове стоял пикап на усиленных колесах, с канистрами топлива в кузове. Вдоль стен стояли ящики и шкафчики с армейской маркировкой.
– Что в них? – спросил Майкл, и Холлис ответил, лишь приподняв бровь:
– Не знаю, Майкл. А ты как думаешь?
Они выехали, как только рассвело. Небо было затянуто тучами. За рулем сидел Холлис, рядом – Питер. Майкл и Лора устроились в кузове. В начале эпидемии большая часть города выгорела. Было ли это следствием войны, когда Техас провозгласил независимость, или частью общих военных действий в попытке выжечь Зараженных, Питер не знал. От центра города мало что осталось, лишь высокие здания, которые можно было пересчитать по пальцам. Они стояли, всеми покинутые и суровые, на фоне выцветших холмов, а сквозь окна на обгорелых фасадах виднелись остатки квартир, в которых теперь пережидали дневные часы нарики.
– Всего лишь нарики, – говорили о них люди, хотя правду знали все. Зараженный – он и есть Зараженный.
Питер все ждал, когда Холлис свернет, на север или на юг, но тот вез их в самый центр города, съехав с шоссе на узкие улицы. Дорога была расчищена, автомобили и грузовики оттащили с проезжей части на тротуары. Когда их обволокли тени от домов, Холлис опустил заднее стекло.
– Вам лучше держать оружие наготове, – предупредил он Майкла и Лору. – И следить за всем внимательно.
– Будем смотреть в оба, мужик, – было ему ответом.
Питер уставился на картину разрушений. Именно большие города всегда заставляли его задуматься о том мире, который существовал прежде. Большие здания и маленькие дома, машины, улицы, все это когда-то кишело людьми, которые жили своей жизнью, ничего не зная о будущем, о том, что настанет день, когда история человечества окончится.