Обескураженный неудачей монстр неуклюже поднялся на коротковатые для его комплекции кривые ноги, выпрямился во весь рост, резко потянулся руками назад, встряхнулся, как собака, отчего во все стороны полетели куски покрывавшей его тело окаменевшей пыли. И, сжав в левой лапе дубину, которую не выпустил ни на миг, издал воинственный рык, подавшись корпусом вперед.
Трудно сказать, как бы отреагировал на угрозу монстра Растяпа, Альдер Варт же зарычал в ответ, не менее громко и яростно, чем заставил маура опешить. Его секундного замешательства хватило скайлингу для того, чтобы метнуться назад к вороту, схватить с пола меч и щит и даже нанести скользящий удар, протянув оружие по животу очнувшегося от длительного сна громилы. К сожалению, и меч был недостаточно остер, и доспех маура слишком крепок, так что ничего, кроме противного скрежета, добиться не удалось. Парень ловко увернулся от просвистевшей над его головой дубины, отскочил назад и с явным неудовольствием взглянул на меч, как будто увидел его впервые. Так себе клинок. Бесполезная железяка. И как только раньше с ней справлялся Растяпа?
А вот маур оказался на удивление резв. То ли Альдер Варт что-то напутал, считая представителей этой расы неуклюжими увальнями, то ли тот, что сейчас размахивал дубиной перед его носом, был исключением из правил. Несмотря ни на собственный излишний вес, ни на тяжелые доспехи, двигался он настолько проворно, что близко не подойдешь. Оставалось только надеяться, что при таком усердии он быстро утомится.
Так поступил бы Растяпа. Но Альдер Варт не хотел ждать. Какой-никакой, а опыт битвы с подобными противниками у него был. Правда, оружие у него сейчас – легче выбросить, чем похвалить, однако бывало и хуже.
Парировать дубину мечом – дело бесполезное, поэтому Растяпа только уклонялся от ударов, наблюдая за движениями противника, выискивая лазейки. Таковые, конечно, имелись, но, чтобы до них добраться, нужно было приблизиться к мауру. Однако чудовище было начеку и всячески препятствовало сближению, отмахиваясь то своим оружием, то свободной лапой, а то и ногой. И все же Растяпе удалось прорваться и нанести колющий удар под нижнюю челюсть. К сожалению, острие угодило в прочный ремешок, удерживавший шлем на голове маура, поэтому скайлингу пришлось быстро ретироваться, едва увернувшись от распоровшей воздух дубины.
Получилось так, что оба они – и Растяпа, и маур – отскочили назад, уйдя на безопасную дистанцию. После чего монстр совершил нечто неожиданное: сунул лапу в висевшую на поясе сумку, извлек из нее нечто, крепко сжал его пальцами, после чего бросил под ноги Растяпе.
Это был небольшой, туго стянутый жгутом кожаный мешочек, судя по глухому стуку о пол, набитый камнями. Растяпа не почувствовал подвоха, зато в памяти Альдер Варта всплыло нечто знакомое, и он мгновенно активировал Цитадель, воспользовавшись Панелью Быстрого Доступа. А в следующее мгновение мешочек взорвался, метнув во все стороны острые камни. Большая их часть окатила градом тело скайлинга, но ни один не смог пробить магическую защиту – Растяпа разве что слегка оглох от грохота.
- Интересный ход!- крикнул он мауру, а потом подумал, что пора кончать с уродом, пока тот не придумал что-то более действенное.
Судя по недовольному урчанию маура, он рассчитывал на нечто большее. Не вышло. Поэтому он решил вернуться к тактике грубого давления и снова бросился на скайлинга, размахивая дубиной.
Какое-то время Растяпа отступал, ловко уворачиваясь от ударов, а потом, улучив момент, когда маур слегка завалился вперед, резко обогнул его, заскочил на изгиб ноги противника, подпрыгнул и, падая вниз, вонзил обхваченный обеими руками меч чуть ниже шеи и слегка левее позвоночника – аккурат в щель между шлемом и наплечниками. Броня у Маура была крепкая, а тело – мягкое. Клинок вошел наполовину, Растяпа отпустил его, приземлился на пол и замер. Через пару секунд раздался грохот упавшего тела противника.
Готов.
Со стороны это выглядело довольно эффектно. Альдер Варт всегда любил покрасоваться перед благодарной публикой – и на арене, и на поле боя. И даже тогда, когда никто не видел его триумфа. Плевать! Иногда нужно и самому себе делать что-нибудь приятное.
Маур лежал, растянувшись на каменном полу. Меч торчал из тела, из раны текла кровь.
Надо же! А Растяпа, было дело, подумал, что это еще один восставший мертвяк. Нет, живой… Был.
Не иначе магия какая-то.
Впрочем, тело после смерти быстро наверстало упущенное. На глазах у Растяпы оно начало сохнуть и съеживаться, а потом высохшее и сморщенное рассыпалось, превратившись в кучку пыли – от грозного маура остались только доспехи и тяжелая дубина. Даже красные следы крови почернели и постепенно исчезли.