Несмотря на то, что возвращения Вильнуара ожидали со дня на день, появился он внезапно. Ведь казалось, что цель так близка – оставалось лишь проникнуть в пещеру и забрать Камни Душ. Но как оказалось, план побега был изначально обречен на провал. Хитрый некромант обвел всех вокруг пальца. И даже если бы он не вернулся в самый неподходящий момент, и скайлингам удалось проникнуть в пещеру, их ждало бы ничуть не меньшее разочарование.
Растяпа был единственным, кто отнесся к случившемуся без заламывания рук. Как же своевременно он спрятал свой Камень Душ, до которого Вильнуару теперь не дотянуться! Немного жаль было Красотку, которой так и не удалось обрести свободу. Было жаль Венду, потерявшую возлюбленного. И Лаудина тоже было жаль – коротко оказалось его возвращение в мир живых. А с учетом того, что от его тела не осталось и следа, второго такого шанса у Мастера Смерти уже не будет.
В остальном же Растяпа был спокоен. Даже сидя в клетке, куда некромант отправил провинившихся скайлингов после неудачной попытки добраться до Камней Душ, он чувствовал себя свободным. Правда, вначале он немного беспокоился: что, если Вильнуар обнаружит подмену? Начнет перебирать Камни Душ и… И что? Что он сделает? Убьет бессмертного? Ну-ну… Приободрившись, Растяпа окончательно успокоился и начал думать о том, что при первой же возможности, как только она появится, нужно бежать с острова Минке.
Это мысль лишь окрепла, когда в пещеру вошли Вильнуар и Кадавр. Чудовище открыло клетку, в которой томилась безутешная Венда и увел девушку. А задержавшийся некромант пояснил:
- Вы, скайлинги, не боитесь смерти. Но боль вы чувствуете точно так же, как и обычные люди. Поэтому не думайте, что я не смогу найти на вас управу. Есть масса способов выбить дурь из головы. И БОЛЬ – один из них.
Что он имел в виду, скайлинги поняли, когда Вильнуар ушел, а спустя пару минут до их слуха донесся истошный крик Венды.
Колдун был не прав: скайлинги немного иначе воспринимали боль, не так остро, как обычные смертные. И раз уж Венда голосила так, что у Растяпы на голове шевелились волосы, ей на самом деле было очень больно. Похоже, Кадавр знал толк в истязаниях.
Или это был сам Вильнуар?
Нет, мастером пыток оказался именно Кадавр. Бездыханное тело девушки он, заляпанный свежей кровью, принес обратно в клетку с заходом солнца. Чуть позже появился некромант с факелом в руке, стоял перед клеткой и разглядывал Венду. Потом приказал Старухе подлечить бедняжку, аргументируя свою гуманность словами:
- Завтра начнем сначала…
Но на следующий день планы колдуна поменялись. Он приказал выпустить всех, кроме Венды, из клеток и даже велел накормить, приговаривая при этом:
- Только не думайте, что я обо всем забыл. Я – злопамятный.
После завтрака Вильнуар решил отправиться в поход, ни слова не сказав о конечной точке путешествия. Но Растяпа был уверен, что некромант решил посетить остров на озере. Шли все, кроме Толстяка и наказанной Венды.
Перед уходом он предупредил Менталиста:
- Остаешься за старшего, присмотришь… за этой,- кивнул в сторону девушки, сидевшей на полу клетки. Стараниями Старухи вчерашние раны исчезли, хотя Венда и выглядела бледной. Вильнуара она сверлила ненавидящим взглядом, ничуть не скрывая своих чувств. Похоже, старания колдуна ни к чему не привели. Пока.- Головой за нее отвечаешь! Если она попытается сбежать, я с вас обоих шкуру спущу!
- Не беспокойся, Хозяин, я с нее глаз не спущу!- заверил его Толстяк.
Выйдя из пещеры, Растяпа взглянул на то место, где умер Мастер Смерти. Вчера там висел желтый сгусток, сегодня его уже не было.
Ну и ладно, не очень-то и хотелось…
Шли по зачищенным местам, поэтому до озера добрались без происшествий. Впереди бежали синги, замыкал группу неторопливый Кадавр. Несмотря на вчерашний инцидент, Вильнуар пребывал в прекрасном расположении духа. Осмотрев плот, он даже похвалил сингов за проделанную работу, после чего началась переправа. Вопреки тому, что на просторном плоту могли бы поместиться сразу все, колдун не стал рисковать и разделил отряд на две группы. Первыми на остров перебрались Растяпа, Красотка, Заноза и Арвус. Синги стояли на веслах.
- Ненавижу его,- тихо сказала Красотка. Это были ее первые за сегодня слова.
- А Блас, похоже, обожает нашего тюремщика,- заметил Арвус.
Блас… Только сейчас Растяпа вспомнил, что именно так звали Толстяка.