Тем временем змея подняла треугольную голову и принялась сдавливать своими кольцами грудь человека. Долгузагар видел, как раскрывается рот жертвы, затем, по тому, как напряглись, а потом расслабились чешуйчатые кольца, почувствовал, что у человека переломаны ребра. Змея, сделав свое дело, тоже соскользнула на пол, открыв смятое, как бумажный кулек, туловище. Огромный волк оперся передними лапами об искореженную грудь и распахнул зубастую пасть. Долгузагар подумал, что волк собирается разорвать жертве горло, но тот вцепился зубами слева от грудины и принялся тянуть сломанные ребра на себя и в сторону. Но только увидев вскрытую грудную клетку и обнаженное сердце, дергающееся, словно в ужасе, но живое, Долгузагар понял, что сделал волк.
Тут в разверстую грудь скользнуло что-то проворное и небольшое. Впившись в сердце, существо тут же принялось раздуваться: это была пиявка, она сосала кровь. Твари, кольцом окружившие жертву, подняли негодующий вой, рев, рык, визг и скрежет, и Долгузагар увидел, как они расступаются перед ползущим по полу черным щупальцем. Взметнувшись перед жертвой, щупальце молниеносно выхватило пиявку из груди человека и зажало ее между двумя присосками. Пиявка корчилась и извивалась, беспомощно разевая круглый рот, но щупальце было неумолимо, и пиявка лопнула, обрызгав всех черным гноем.
Когда щупальце скрылось из виду, на грудь человеку запрыгнул гигантский богомол. Лапами-пилами он перерезал артерии и вены, на которых держалось сердце, и бросил его на движущуюся черную ленту.
Это, видимо, был знак к началу трапезы: на содрогавшееся тело бросились все остальные твари, до того жадно глазевшие и капавшие слюной.
Медношкурые кабаны рвали клыками живот, вытаскивали и тут же с хрюканьем пожирали внутренности. Два ворона с железными клювами одновременно, как по команде, опустились на плечи жертвы. Один принялся ковыряться в глазнице, а второй вспорхнул, держа в клюве глазное яблоко с болтающимся красным пучком, и улетел: решил, не иначе, насладиться лакомством там, где его не потревожат. Над распотрошенным животом на труп опустилось несколько грифов, канюков, стервятников с голыми розовыми головами, торчащими из неопрятных пышных воротников. Всей стаей они принялись терзать плоть и быстро добрались до печени. Долгузагар заметил, что пока падальщики насыщаются, один из них как бы караулит, недреманным оком обводя окрестности — все ли в порядке? Время от времени падальщики менялись на страже.
На шее, в локтях, на запястьях и в паху жертвы копошились кожаными лохмотьями нетопыри: должно быть, спешили выпить оставшуюся в жилах кровь. Волки и медведи рвали мясо, и, вися над ними, вцепившись в труп когтистыми лапами, наглая рысь, чавкая, как из миски, лакала из черепа мозг.
Тут же сновало множество тварей помельче: гиены, шакалы. Одна из них, похожая на небольшую обезьяну-лемура, отламывала у мертвеца пальцы и, разгрызая фаланги, сосала из них мозг. Почувствовав взгляд коменданта, лемур подмигнул ему, как старому знакомому.
Завороженный этим жутким зрелищем, Долгузагар смотрел, как за несколько минут от человека не осталось буквально ничего, даже кровь с пола вылизали хорьки и ласки.
Видя, что все кончено, кошка-выворотка поднялась и, не торопясь, с достоинством прошествовала мимо Долгузагара. Только тут комендант заметил, что на спине у нее слева вдоль позвоночника тянется черное продолговатое отверстие. Лопатки кошки на мгновение разошлись, и Долгузагар понял, что полость, открывающаяся между хребтом и концами ребер — выпотрошенная грудная клетка, без сердца, почерневшая, как будто засохшая кровь превратилась в копоть. Кошка недовольно повела лопатками, словно ей что-то мешало, повернула голову назад, но дырки не увидела и двинулась дальше.
Комендант принялся рассматривать других тварей и увидел, что у всех них либо на груди, либо на спине, сквозь перья, мех или чешую чернеет сухая дырка, через которую, должно быть, когда-то вырвали сердце.
Тогда он снова перевел взгляд на движущуюся черную ленту: на ней лежало несколько еще трепещущих сердец, выхаркивающих остатки крови.
Лента, казалось, была двойной. Долгузагар наклонился взглянуть поближе, и ему стало дурно: на самом деле лента была кольцом натянута на два колеса-валика. А двигалась она за счет того, что изнутри внизу по ней сплошным потоком бежали насекомые: мухи, тараканы, вши, клопы, сколопендры, блохи. Комендант видел, как поблескивают их слюдяные крылья и коричневые и черные панцири, слышал, как мерзко шуршат их лапки. На спине у каждой твари была красная крапинка.