ГЕРЦОГОРСИНО12: без проблем, цезарио. я сохраню твой секрет
ГЕРЦОГОРСИНО12: а теперь давай поговорим о крестовых походах
7
Герои предпочитают мечи58
Ви
После того как ГЕРЦОГОРСИНО12 выходит из игры, я остаюсь неподвижно сидеть, уставившись в экран, пока тот наконец не гаснет и не становится черным.
Наверное, нужно это озвучить: я действительно не понимаю, что только что произошло. Зачем я вообще упомянула Ника Валентайна? Стресс? Временное помешательство? Скорее всего, это все из-за моей дурацкой ссоры с Антонией, которая меня смущает и раздражает. Или, может быть, я была в шоке от того, что у Джека Орсино может быть не идиотское мнение о моем любимом сериале. Следует признать, такое вообще никогда не случается. Форумы сериала забиты sci-fi — фанбоями, убежденными, что девушки вожделеют злодеев только потому, что они «горячие», а мы — тупые. Не дай бог попытаться переубедить кого-нибудь из них, что видеть ценность сюжетной линии Цезарио — это не то же самое, что поддерживать фашистов! (Поверьте, не сработает.)
И все же, поверить не могу, что на самом деле сказала Джеку Орсино, что я — Баш. В меня что, демон вселился? Обычно я не настолько глупа, но, справедливости ради, лучшего ответа и быть не могло. Во-первых, я никогда не собиралась раскрывать свою личность. Я бы никогда не сказала никому в игре, что я девушка. Это ведь единственное место, где куча чуваков не пытаются «на самом деле» объяснить мне что-то по десять раз на дню. Мой персонаж в игре известен и уважаем. И я не хочу рисковать этим, поддавшись случайному приступу безумия.
Кроме того, я просто запаниковала, ладно? Он прав: он мог бы легко найти любое имя, которое я бы ему назвала, в списках студенческого совета (и это было бы в первый раз, когда он вообще посмотрел бы в эти списки, как вам такая ирония?). Так что придумать фальшивое имя тоже не сработало бы. Плюс, не похоже, что Баш и Джек собираются когда-либо пересекаться в реальной жизни. Я точно знаю, что у них нет совместных занятий, и, насколько я знаю, Джек Орсино не питает никаких надежд по поводу участия в весеннем мюзикле. А также он не хочет, чтобы кто-то знал, что он тайком играет в фэнтезийные ролевые игры, верно? Уверена, что даже если обо всем этом ему рассказал Ник Валентайн, такие вещи все равно строго запрещены Кодексом качков об угнетающей маскулинности и организованном спорте.
Ну и ладно. Все в порядке. Я просто… не буду заходить в игру несколько дней. Ничего страшного.
Все нормально.
Я отодвигаю стул, и меня охватывает странная смесь эмоций — та, что приходит только, когда засиделся допоздна и весь мир начинает казаться нереальным, а кроме тебя и твоих мыслей больше ничего не существует. Обычно я люблю это время суток за возможность побыть в одиночестве, но внезапно вспоминаю, что Антония теперь мне не подруга. Или, возможно, уже никогда ей не будет.
В моей груди вспыхивает знакомая ярость. Та самая злость, которую я обычно испытываю ко всем, кроме Антонии. Вопреки тому, что думает Джек Орсино, мне на самом деле не нужно, чтобы меня любили. Я хочу, чтобы меня уважали. И правда, которую Антония не хочет признать, заключается в том, что она этого не делает.
И, конечно, это ужасно — думать так о человеке, который еще несколько часов назад был моей лучшей подругой.
Еще одно знакомое чувство отзывается в моей груди, но оно более давнее и прочно укоренившееся: я осознаю, что я не хороший человек. Вопреки мнению Кайлы, Джека Орсино или Антонии, мне действительно не нужно, чтобы кто-то мне об этом напоминал. Я и так знаю, что со мной что-то не так; знаю, что есть причина, по которой я не нравлюсь людям. Множество причин.
Но по секрету, мне бы хотелось, чтобы кто-то увидел меня такой, какая я есть, и все равно выбрал.
Или хотя бы не решил, что я больше не заслуживаю дружбы только потому, что отказалась пойти на свидание с Мэттом Дасом из жалости или потому что не хочу сидеть за столом с кучкой самоуверенных и невежественных парней, которые считают, что я должна выслушивать их мнение.
Злость возвращается, но слабая, как выдохшаяся газировка. Усталость пробирает меня до самых костей, поэтому я отбрасываю одеяло и ложусь спать, решив, что с ГЕРЦОГОМОРСИНО12 (и его более раздражающим альтер-эго) разберусь завтра.
Обычно я надеюсь, что утром меня никто не побеспокоит, но, конечно же, суперзвезда футбола Джек Орсино пренебрегает такой мелочью, как человеческая порядочность, ради удовлетворения своих потребностей.