По короткому переходу-перешейку мы пробрались в еще одну башню. Рубить пришлось не переставая. Я был спокоен и быстр. Мой слегка поехавший рассудок заткнулся, действовали только рефлексы, а они были отработаны до автоматизма.
Я не спрашивал себя больше, что это или кто это пытается съесть, разгрызть и уничтожить меня и моих бойцов с неаппетитным чавканьем, я просто прорубался вперед, двигаясь с усилием через строй мелких чудовищ.
Хорошо, что в детстве я увлекался самыми разными компьютерными играми, поэтому кое-как идентифицировал поднятых медлительных мертвецов, с торчащими из сине-черной плоти белыми костями, быстрых бледных вампиров, юрких серых оборотней, уворачивался от гигантских летучих мышей и дрался, дрался, дрался, стараясь ни о чем не думать.
А что еще оставалось делать в узкой круглой башне, где ступить было некуда от уродцев, визжащих, воющих, хохочущих и при этом пытающихся превратить нас в свой ранний обед или поздний завтрак?
– А ты быстро пришел в себя после проклятия, – светловолосый сжал мое плечо, когда мы уже очистили зал.
Существа были настоящими, их мертвые тела хлюпали и скрипели под ногами, не собираясь растворяться или рассыпаться прахом.
Пахло ужасно, кровью, гниющим мясом.
– Еще одна башня и двор остались, – проговорил длинноволосый.
У меня кололо в боку, ныло запястье, сжимало болью виски, но я первым побрел к узкой двери, которая вела в коридор.
Винтовая лестница, поднимающаяся в еще одну башню, была гораздо уже предыдущих. Пришлось распластаться по стене, прижимаясь к камням всем телом, чтобы вскарабкаться на самый верх.
Там низкое солнце, точно такое же, как в моем привычном мире, осветило чудовищ, которых не смогли бы нарисовать лучшие художники игровых компаний. К тому же эти омерзительно странные существа отвратительно пахли, я прикрыл нос и рот куском ткани, служившей мне шарфом.
Здесь пришлось тяжелее, от усталости я замедлился, и был укушен в ногу лохматым серым оборотнем. Его тело проткнул длинноволосый боец. Я только благодарно махнул ладонью быстрому парню. Даже говорить было некогда. Нежить падала с потолка, лезла в окна, запредельно странные существа рычали, кусались, царапались и дрались, сжимая в мохнатых лапах мечи, кинжалы и арбалеты.
Был ранен в плечо светловолосый.
Двое остальных бойцов не получили никаких существенных повреждений, поверхностные царапины и небольшие ожоги не считались.
На самом деле на нас всех живого места не было, когда мы очистили вторую башню.
На двор мы вывалились уставшие и взмыленные.
Тут пришло легендарное второе дыхание. Вовремя, потому что на песок начали падать ощерившиеся мертвецы и мелкие оборотни. Вампиров на улице не было. Наверное, они не переносили света солнца. Хотя… в башнях было достаточно светло. Значит, они не добрались до двора.
Я воткнул черный от крови, гноя и, бог знает чего еще, меч в песок и рухнул на каменную скамью, когда последняя нежить издала предсмертный хрип.
А вот все бойцы были еще очень подвижны.
– Перевяжу твою рану, – светловолосый рылся в тощей заплечной сумке, которую таскал на себе и в бою. – Что смотришь? Снимай штаны, кэп, – скомандовал он.
– Я теперь покроюсь шерстью? – кое-как стягивая штанину из плотной ткани, спросил я.
– Нет, – светловолосый пропитывал кусок льняного полотна какой-то жидкостью, – лихорадку точно обещаю, а вот выть на луну и превращаться в волка ты не будешь. Мы же заговорены от укусов всей известной в империи нежити, кэп. И про это забыл? – он промыл небольшую саднящую рану и сделал перевязку профессионально.
Мне оставалось только промолчать и попытаться переварить информацию: империи? Какой к чертовой бабушке империи? Если я уснул в Российской Федерации, то почему проснулся в какой-то там империи?
Ответа у меня не было.
– Андерс! Ты давай не забудь про свою рану, я помогу, – крикнул чернобородый.
– Про неё забудешь, Хэнк, – поморщился Андерс, который, похоже, выполнял обязанности доктора.
– Андерс, – я встал перед ним, загородив его от остальных, чтобы они не видели нас и не слышали моих слов, – благодарю за спасение, и ты… не держи зла за синяки.