А задумчиво — оттого что задумала она навестить загадочного, нигде не работающего Владимира.
«Попробую предложить ему свой мобильник ,— подумала она, — да вряд ли поверит, — она полюбовалась своим новеньким, дорогим телефоном, — что хочу расстаться с таким красавчиком. Лучше предложу колечко».
Обручальное кольцо Виктория после развода с мужем не носила, и давно подумывала, куда бы его деть. Сейчас этому кольцу представился случай послужить благому делу, и кольцо перекочевало из косметички в карман рубашки.
Глава 8
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Синоптики, кажется, на этот раз не шутили, обещая похолодание. Поднялся ветер, небо затянуло тучами и было похоже, что вот-вот начнется дождь. Виктория набросила на плечи яркий свитер, подаренный Ульяной Львовной, и поспешила к машине, где ее ожидала торопившаяся на базар Нюра. Уже отъехав от дома, вспомнила, что оставила на кухне свою сумку, а в ней — телефон и прочие мелочи. Но возвращаться не стала. Высадила на базаре Нюру, купила в киоске сигареты и зажигалку. «Поеду, хоть посмотрю, что это за дом такой, а там решу, что делать дальше».
Выехав на Маяковского она поехала медленно, чтобы не пропустить нужный дом. «Он должен быть там, за тем высоким зеленым забором, дом этого таинственного Нюриного работодателя! — подумала она и не ошиблась, увидев на воротах табличку с номером. — Правду сказал Семен, дома за забором совсем не видно. Наверное, не стоит лезть к этому Владимиру со своим колечком, а нужно найти причину повесомей. Или золота побольше или… Или хотя бы позвонить для начала. А телефон дома в сумке. В общем, сегодня все против моего посещения этого субъекта по имени Владимир». Она проехала дальше и, развернувшись в конце улицы, уехала с улицы Маяковского.
Купив по дороге продуктов и обрадовавшись, что не встретила в магазине любителя мороженого, Виктория вернулась домой. Пока она готовила себе нехитрый обед из полуфабрикатов, потом сидела с сигаретой и чашкой кофе на ступеньках высокого крыльца, начался дождь. Его монотонное постукивание по крыше призывало к ничегонеделанию. «Хорошее занятие, конечно, но Дина! Приедет и снова начнет что-нибудь убирать. Эх, придется заняться уборкой».
Во время этого процесса ее неожиданно, как говорится, осенило.
Когда вечером вернулась с базара довольная Нюра, Виктория уже знала, как ей следует поступить.
— Ну, как прошла торговля?
— Усе продала! Жалко, что утром на работу надыть, а то можно было еще огурцов собрать!
— А давай я вместо тебя на твою работу выйду? Скажу, что ты заболела, а? — предложила Виктория, затаив дыхание.
— Ты? — Нюра с сомнением посмотрела на нее.
— Я тебе деньги отдам, не волнуйся, — поспешила успокоить ее Виктория.
— Как ето — мне?
— Очень просто. Мне же надо посмотреть, что там за ремонт сделал твой хозяин. Спрошу, кто ему крышу крыл, где и почем материалы покупал?!
Нюра немного помолчала, обдумывая явно выгодное для нее предложение, отыскивая, где здесь кроется подвох. Не нашла и спросила:
— Як же ты хату найдешь?
— Ты мне расскажешь, я и найду, — Виктория не стала признаваться, что уже была на Маяковского. — Кстати, как твоего хозяина зовут?
— Владимир Михайлович зовут. Ладно иди. Только сбрешешь Клаве, что я заболела, а она тебе покажет, игде мыть.
— Сбрешу, — пообещала Виктория, — Клава — это жена?
— Нема у яго жены. Клава — соседка, по дому работает.
— Домработница, что ли?
Нюра в ответ пожала плечами.
«Ладно, на месте разберусь, кто есть кто».
Посмотрев перед сном очередную серию душещипательного сериала, Виктория выключила телевизор и, забыв о страхах, под шум дождя уснула.
Нюра встала рано, разбудила Викторию и порадовала ее известием о том, что она «наварила кофею» и том, что «кажись, кончился» дождь. Потом, хлопнув по очереди сначала входной дверью потом калиткой, умчалась на свой базар.
— Ежик, ты слышал? Дождь закончился, и это уже хорошо. А вот то, что Нюра наварила кофею… Интересно, что бы это значило? Эх, до чего же неохота из-под одеяла извлекаться! Не знаешь, почему в этом доме так холодно? Вот и я не знаю!
Опустив босые ноги на холодный пол, на цыпочках она прошествовала к большому платяному шкафу. Нашла там теплый халат из когда-то яркой окраски фланели и восхитилась, запахивая широкие полы:
— Самое то!
Завязав широкий пояс, всунула ноги в махровые шлепанцы и взялась приводить в порядок постель, отпихивая в сторону Ежика, который решил поиграться с утра пораньше. Спрятавшись под кроватью выпрыгивал оттуда и лапой, слегка выпустив когти, хватал хозяйку за ноги.