— Водички принеси, пожалуйста!— жалобным голосом напомнила Виктория, решив до последнего играть в игру под названием: «Я собирала грибы, и ничего не знаю».
— Держи, здесь твоя минералка, еще там что-то осталось.
— Ага, что-то осталось, — осклабился Малец, — а кое-что мы изъяли.
— А как же…
— В сортир захочешь, — покричи, мы тебе откроем.
— Ладно, — вяло махнула она рукой, — договорились.
Охранники ушли, заперев за собой дверь на замок.
Было еще окно, но какой смысл убегать, если вокруг вода, а она не умеет плавать? Да и Бориса нельзя оставлять одного.
Судя по размеру помещения и по количеству кроватей с обнаженными, панцирными сетками, раньше здесь была палата-спальня. Об этом свидетельствовали надписи на стенах в цензурных и нецензурных выражениях, в стихах, и в эпистолярном жанре. А по содержанию надписей и сопровождавших их иллюстраций, было понятно, что здесь располагался самый старший отряд.
«Конечно, это лучше, чем грязный сарай, в котором меня с Натальей Витек закрыл, — пришли ей на память прошлогодние приключения, — но как-то нужно отсюда выбираться и побыстрее».
Выбрав из кучи матрасов, сваленных в углу, тот, который ей показался почище, постелила его на соседнюю кровать. Положить под голову было нечего. Подушек не было, а ветровка была сырой после дождя. Виктория прилегла, надеясь, что пройдет головная боль. От боли на глаза навернулись слезы. На соседней кровати застонал Борис. Подняв голову, готова была застонать сама. И от боли, и от обиды, и от злости. «Надо же, так вляпаться! И ведь меня никто здесь искать не станет! Никто не знает, куда и с кем я ездила вчера, а тем более – сегодня!» Борис застонал снова.
— Тише, я здесь, — Виктория, покачиваясь, встала со своего места и наклонилась над ним.
— Мамка, мамка, — прошептал он, — я пить хочу, мамка…
Жар у Бориса не спадал. Борис бредил. Вспомнив, что Корень оставил на столе, возле дверей пакет, она сходила за ним и достала пластиковую бутылку с остатками минеральной воды.
Напоив Бориса, намочила носовой платок и обтерла ему лицо, шею, руки.
— Хорошо, — прошептал Борис, не открывая глаз, и ровно задышал, засыпая.
Виктория тоже выпила таблетку анальгина и постаралась уснуть. Ее разбудил звук лодочного мотора. Подумав, что это на остров прибыл Суров, села на кровати. «Что я ему объясню? А почему я должна ему что-то объяснять? — разозлилась она. — Это он мне должен объяснить, почему держал Бориса на острове, да еще и меня теперь прихватили за компанию? И неужели думает, что меня не найдут?»
Встав, подошла к окну. Окно выходило в сторону леса, и она никого не увидела. «Успокойся, конечно, тебя найдут, потом, в болоте. И скажут, что собирала грибы, заблудилась и увязла с веревкой на шее, например». Начала она пугать сама себя, рисуя в своем воображении мрачные картины.
— Теть, а ты что здесь делаешь? — тихим голосом позвал ее пришедший в себя Борис.
— Очнулся? — Виктория присела рядом с ним на кровать. — Пить хочешь?
— Ага, — Борис, молча, облизал спекшиеся губы и снова закрыл глаза.
— Хорошо, помолчи, сейчас дам.
Напоив, она провела рукой, убирая с его лба грязные, спутанные волосы.
— Все будет хорошо, есть хочешь?
— Не, — отозвался Борис, — еще – пить!
Виктория вытащила из пакета все, что там осталось после «таможенного» досмотра. Из напитков остался только литровый пакет апельсинового сока. Вспомнила, что в кармане на связке ключей есть брелок с маленьким перочинным ножичком. Полезла в карман.
— Елки зеленые! Где ключи? Где телефон? Потеряла или вытащил кто-то?
Виктория сначала расстроилась не на шутку. Потом вспомнила, что вечером привязала к шнуркам кроссовок запасные ключи и немного успокоилась. А вот куда делся телефон, вспомнить не смогла. Продавив ногтями уголок пакета, напоила Бориса и попила немного сама. Пора уже было попроситься в туалет, но она ждала, с минуты на минуту, появление Сурова. Однако тот не появился. Виктория снова услышала звук мотора. «Суров уехал, не повидав меня? Даже не поговорив? Что же он приказал своим молодцам?»
— Опять приезжал, — без всяких эмоций сказал Борис, и добавил, — сука!
— Вполне с тобой согласна, хотя не пойму, чего ему от тебя нужно?
Борис отвернул голову.
— Не хочешь говорить? Не надо! Я тебе сама кое-что расскажу!
В этот момент к радости Бориса сначала постучал, потом приоткрыл дверь Корень.
— Эй, народ, выходи, не заперто!
— Заходи сам, не бойся, — Виктория тоже обрадовалась его появлению.
— Сурок разрешил вам гулять по острову, — сообщил он, и добавил, — пару дней.