«Нет больше хода назад», - шипели угольки.
«Север уже не спасти», - сыпался пепел.
«Надо скорее уйти», - потрескивали искры.
«Снова срываться с места. Одна морока…», - думала она. Скоро здесь будет небезопасно. Увы и для неё. Но разве это новость! Голоса… Они неустанно шептали хозяйке пламени о том и о сем… Змей не преуспел в попытках примерить державы. О его самовольных визитах в северные земли ей тоже было известно. «Глупец. Делу конец», - она покрутила на пальце беспокойную прядку волос, - «Ан нет», - В темных глазах мелькнула недобрая искорка. – «Только начало! Скоро будет жарко.» Рука бросила в огонь горсть щепок.
Свет очага озарял стеллажи, засыпанные минералами всех мастей, форм и расцветок. Струганцы, смарагды, калаиги, яхонты лазоревые и алые… Здесь было всё, что удалось собрать в этом захудалом мирке. Всё да не то. Где же тот, что когда-то носил ОН на шее? Или подобного тому. Белый с волнами-прожилками. Бабогурь. Тайная сила и талисман. Камень странника. Где он?
Неустанно жгла она горькие травы, чтобы прозреть. Разливала вино по чашам, чтобы открыть порталы в новые земли. Искала там и сям. Но без толку. «Не рассказывает Зверь, как выходит через Дверь… Только ключ не сохранит, мне ту Дверь он отворит…» Её лицо тронула хищная улыбка.
«Так, так… Новая невеста у тебя значит… Глупая и бесстрашная!» - Тёмные глаза блеснули, - «Ищет смерть свою девица, от чего же мне дивиться... Как, впрочем, и все до неё», - Женщина закатила глаза, - «Был ли прок спасть сестрицу? Авось чем-то мне сгодится?» Женщина призадумалась. Рука сжала железный прут, которым мешала угли. «Крепче прочих невест Змея, эта, видно, ворожея». Внезапная мысль поразила говорящую с пламенем как стрела. «А если…»
Недобрые сны терзали Раду. Ночь за ночью оказывалась она посреди площади на алтаре, связанная по рукам и ногам. Гранатовый жрец заносил над ней свой кинжал. Люди смеялись и громко кричали. Просыпаясь, она все ещё чувствовала рану.
Три ночи как Змей улетел к морю, и никаких вестей. От блюдечка мало толку. Вещица показывает что угодно, кроме того, что надо. Впрочем, это не удивляло. Магия чуждого мира всегда слушалась Раду из рук вон плохо. На что только Горюн надеялся, вручая ей этот предмет. Где теперь ОН сам? Что держит его в стороне? Чья неведомая злая воля…
Близился рассвет. Зная, что уже не сомкнет глаз, Рада вышла из дома прогуляться по скалам. Бодрящий утренний воздух настойчиво прочищал мысли, но беспокойство не отпускало. Что делать если ОН не вернется? Зерна хватит еще надолго, но… стоит ли оставаться здесь, когда дело идет к войне? Вряд ли мародёров отпугнет святость места. Могут и позариться. Что тогда? Одной не отбиться. А значит надо во что бы то ни стало узнать где ОН.
- Здраве будь, странница!
Рада обернулась. Старая знакомая стояла на узкой тропинке опершись о клюку. В темных глазах полыхал пламень. Острый подбородок врезался в холодный ветер. Высокие скулы бросали вызов промозглому утру.
- Здравься и ты, чаровница! – Поклоном ответила на поклон.
- Не с пустыми руками к тебе Я, с дарами, - Из заплечного короба гостьи появились предметы, которые Рада видела не раз. Большие и малые числом девять штук. Сперва можно было подумать, что это обычная домашняя утварь, но ОНА хорошо понимала, что это не так. Не с проста их гладкая поверхность всегда оставалась холодной, не нагреваясь от огня или пищи, а если поднести к уху слышался низкий протяжный гул… Убранство чаш, пёстрое и яркое, изобиловало символами, значение которых Рада не понимала.
- То небеса и звезды, - объясняла женщина, указывая на каплевидные вкрапления узора, - а то земля. Леса да поля, города и горы с высоты птичьего полёта не более чем лоскутки на огромном цветном одеяле. Подобно нитям между собой их скрепляют жели. Они – разломы в тверди земли, по которым течет сила. Может, и ты уже их встречала?
Рада вспомнила ступеньки, ведущие к тёплому источнику, зеленоватые воды, искорки, и молча кивнула.
- Чаши перенесут тебя, куда пожелаешь, - продолжала темноволосая с клюкой, - Если умеешь пользоваться, конечно, - она улыбнулась лукаво.
Рада не умела. Но в том была отчаянная необходимость - оказаться там, где Змей сейчас. Узнать, что с ним и как дальше быть. Вот и представился шанс.
- Прошу, научи…
Туман одевал саваном скалы. Каменные вершины терялись в молочной белизне неба. Долгий серпантин ступеней уводил ввысь две едва различимые во мгле фигуры. Они медленно шли, выверяя каждый шаг.
От источника исходил пар. Вода цвета жидкого малахита играла маслянистыми бликами. Воздух звенел от силы. Жель проходила здесь.
Безмолвно и терпеливо наблюдала Рада, как чаровница выставляет чаши. Одна из них отличалась от прочих. В центре узора были не загадочные символы, а вполне понятное и знакомое изображение могучего зверя... Копыта плясуна разрывали землю, рога пронзали небо, обрушивая потоки звёзд. Чудище выглядело отчаянным и свирепым, как тогда, на охоте, в лесу. Воспоминание заставило вздрогнуть. Края чаши были окрашены алым. Именно она ближе других оказалась к девушке.