- Теперь черед мятежника, помогавшего ведьме творить ее злодеяния.
Клетка открылась, и парня выволокли наружу. Его вели к виселице. Собственная судьба сейчас мало интересовала Кирилла, он уже чувствовал себя мертвым, но, проходя мимо башни, с балкона которой, вещал градоправитель, он понял, что у него есть шанс добраться до этой твари и разорвать его голыми руками. План созрел моментально, как и всегда в стрессовых ситуациях. Он ударил одного из стражников локтем в лицо, а второго в живот. Возникла суматоха, которой парень тут же воспользовался. Он рванул к башне. Только бы успеть! Кирилл понимал, что выхода оттуда для него уже не будет, да это и неважно. Ему хотелось собственноручно сломать эту жирную шею и забрать Гаркалло с собой. Он не смог спасти Эмму, но хотя бы отомстит за ее смерть.
Парень подбежал к башне, схватился за ручку двери и вылетел в серый коридор. Он сначала даже не понял, куда попал, а когда до него дошло, взвыл хуже волка.
- Гаркалло, сука, я тебя все равно достану!
Кирилл упал на пол и заплакал. Хуже ему, наверное, не было еще никогда. Волнами стали накатывать картины с площади, как билась Эмма, привязанная к столбу, когда огонь пожирал ее тело, как она кричала, а он был заперт и не смог ей помочь, спасти, защитить. Все было кончено, он снова один.
Глава 5
Снова один. Он продолжал лежать на сером холодном полу, не в силах подняться. Душевная боль, не идущая ни в какое сравнение с физической, разрывала его изнутри. Она сжимала и душила, не давая вздохнуть. Ему было непонятно, как простой человек может выдержать такое. Хотелось скрести ногтями пол, выть, лезть на стену, жаль только ничто из этого не сможет вернуть Кириллу девушку, которую он только нашел и сразу же потерял.
И в этот момент к нему пришло осознание того, что он всю жизнь боялся влюбиться, довериться кому-то настолько, чтобы считать его родственной душой, и вот, это случилось здесь. Он попал в этот средневековый мир не для того, чтобы спасти девушку, а для того, чтобы преодолеть страх. Вот с какой из его фобий было связано это место. Хотя, конечно, легче от этой мысли ему не стало. Парню все так же было плохо и больно, он горевал о своей потерянной таким страшным образом любви и мечтал вцепиться зубами в горло той твари, которая отдала приказ сжечь Эмму.
Спустя какое-то время он сел, откинувшись спиной на стену. Из его глаз тихо катились слезы, истерика прошла, оставив после себя пустоту. Рана эта еще долго не затянется в его душе, но сидя здесь, ничего не изменишь. Чтобы этот кошмар, наконец, закончился необходимо двигаться дальше, открыть все эти чертовы двери и валить из этого проклятого места.
Кирилл встал, размял затекшие мышцы, размазал по лицу остатки влаги и двинулся в направлении следующей двери. Он, не задумываясь, открыл ее и сперва не понял, перед ним была кирпичная стена. Парень высунул голову в дверной проем и увидел, что это всего лишь тупик среди городских улиц. Он ступил за порог, двери тут же не стало.
Кирилл оглянулся по сторонам, он стоял в темном грязном тупике, вокруг валялись какие-то обломки и мусор. Он повернулся и двинулся в сторону улицы, выйдя на которую, не заметил разницы. Улица также была усеяна мусором, осколками и всевозможными обломками. Картина складывалась не обнадеживающая. Осмотревшись, парень понял, что находится в современном городе: высотные дома, какие-то рекламные баннеры, фонарные столбы, все, как он привык. Но при более внимательном рассмотрении стало понятно, что здесь что-то не так. Окна в высотках почти все были выбиты, на баннерах вместо рекламы стирального порошка или лапши, какие-то политические лозунги, а в стенах ближайших зданий виднелись дырки и выбоины, парень понял – это следы от пуль и снарядов.
Он сразу же вспомнил все фильмы-катастрофы, которые когда-либо смотрел, и его спины коснулся липкий страх. Война, вот, что здесь произошло или техногенная катастрофа, а может, и то, и другое. Его занесло в город, объятый войной. Да уж, влип.