Толпа загудела, они, судя по всему, никогда не слышали о честном, объективном суде. Им нужно было зрелище, и градоправитель его давал, а еще очень удобно было обвинить в своих несчастьях кого-то одного, избавиться от него, и жизнь, вроде как, налаживается.
- Да, что ж вы делаете?! Кого вы слушаете?!
Но голос Кирилла потонул в общем гуле. Из дверей башни вышел монах в длинном черном балахоне, подпоясанном куском веревки с факелом в руке. Он подошел к столбу и повернулся к градоправителю, тот кивнул. Монах поднес факел к хворосту, и он вспыхнул. Кирилл заорал во всю мощь своих легких. Эмма дернулась, она затравленно смотрела по сторонам, ища спасения. Огонь подбирался к ее ногам, и было видно, что ей уже тяжело дышать от дыма. Она кашляла и старалась вырваться, но палачи знали свое дело, они привязали ее очень крепко. Она билась не в силах сбежать от этого ужасного жара, а он, словно загнанный в угол зверь также бился в клетке, наблюдая, как заживо сжигают единственную, кого он смог полюбить за всю жизнь. Пламя добралось до ее подола, и зеленое бархатное платье вспыхнуло подобно спичке. Над толпой пронесся нечеловеческий крик, и в крике этом в унисон слились два голоса, девушка кричала от невыносимой боли, а парень от бессилия, от того, что не может спасти любимую. За столбом огня и дыма уже невозможно было различить ее фигуру, слышно было только ее крик. А вскоре и он стих, девушки не стало. Кирилл лежал на полу клетки и плакал. Только что из его души с мясом вырвали нечто важное, необходимое.
- Теперь черед мятежника, помогавшего ведьме творить ее злодеяния.
Клетка открылась, и парня выволокли наружу. Его вели к виселице. Собственная судьба сейчас мало интересовала Кирилла, он уже чувствовал себя мертвым, но, проходя мимо башни, с балкона которой, вещал градоправитель, он понял, что у него есть шанс добраться до этой твари и разорвать его голыми руками. План созрел моментально, как и всегда в стрессовых ситуациях. Он ударил одного из стражников локтем в лицо, а второго в живот. Возникла суматоха, которой парень тут же воспользовался. Он рванул к башне. Только бы успеть! Кирилл понимал, что выхода оттуда для него уже не будет, да это и неважно. Ему хотелось собственноручно сломать эту жирную шею и забрать Гаркалло с собой. Он не смог спасти Эмму, но хотя бы отомстит за ее смерть.
Парень подбежал к башне, схватился за ручку двери и вылетел в серый коридор. Он сначала даже не понял, куда попал, а когда до него дошло, взвыл хуже волка.
- Гаркалло, сука, я тебя все равно достану!
Кирилл упал на пол и заплакал. Хуже ему, наверное, не было еще никогда. Волнами стали накатывать картины с площади, как билась Эмма, привязанная к столбу, когда огонь пожирал ее тело, как она кричала, а он был заперт и не смог ей помочь, спасти, защитить. Все было кончено, он снова один.
Глава 5
Снова один. Он продолжал лежать на сером холодном полу, не в силах подняться. Душевная боль, не идущая ни в какое сравнение с физической, разрывала его изнутри. Она сжимала и душила, не давая вздохнуть. Ему было непонятно, как простой человек может выдержать такое. Хотелось скрести ногтями пол, выть, лезть на стену, жаль только ничто из этого не сможет вернуть Кириллу девушку, которую он только нашел и сразу же потерял.
И в этот момент к нему пришло осознание того, что он всю жизнь боялся влюбиться, довериться кому-то настолько, чтобы считать его родственной душой, и вот, это случилось здесь. Он попал в этот средневековый мир не для того, чтобы спасти девушку, а для того, чтобы преодолеть страх. Вот с какой из его фобий было связано это место. Хотя, конечно, легче от этой мысли ему не стало. Парню все так же было плохо и больно, он горевал о своей потерянной таким страшным образом любви и мечтал вцепиться зубами в горло той твари, которая отдала приказ сжечь Эмму.
Спустя какое-то время он сел, откинувшись спиной на стену. Из его глаз тихо катились слезы, истерика прошла, оставив после себя пустоту. Рана эта еще долго не затянется в его душе, но сидя здесь, ничего не изменишь. Чтобы этот кошмар, наконец, закончился необходимо двигаться дальше, открыть все эти чертовы двери и валить из этого проклятого места.
Кирилл встал, размял затекшие мышцы, размазал по лицу остатки влаги и двинулся в направлении следующей двери. Он, не задумываясь, открыл ее и сперва не понял, перед ним была кирпичная стена. Парень высунул голову в дверной проем и увидел, что это всего лишь тупик среди городских улиц. Он ступил за порог, двери тут же не стало.