И тут снова раздались выстрелы со стороны военных. Кирилл понял - этих людей расстреливают, за этим и теснили к стенке. Попадали те, кто стоял в первом ряду, выстрелы прозвучали снова. Вокруг были крики и паника, люди метались из стороны в сторону, пытаясь спасти свою жизнь. Парень выскочил из своего укрытия и кинулся в гущу событий. Он понимал, насколько велика опасность получить пулю, но все равно пробирался сквозь толпу к детям. Он знал, что не сможет спасти всех, но детей он должен вытащить любой ценой. Он уже увидел их и почти дошел, как прозвучал следующий залп, и мать, закрывавшая их собой, вздрогнула, а потом встала на колени и упала. У Кирилла сжалось сердце, и он стал двигаться еще быстрее. Подбежав к детям, он бросил мимолетный взгляд на женщину. Она лежала на спине и смотрела пустыми глазами в небо, а на ее груди расползлось алое пятно.
Он, ни слова не говоря, схватил шокированных детей подмышки и, пригибаясь, побежал обратно в укрытие. Парень надеялся на темноту и суматоху. Он бежал изо всех сил, ему по ноги падали люди, кто-то его толкал, кто-то кричал. Вокруг, казалось, был кромешный ад.
Он нырнул за мусорный бак, подмяв детей под себя, тем самым, закрыв их своим телом. Девочка начала плакать, но Кирилл жестом приказал ей молчать.
Все стихло, он слышал, как переговариваются между собой военные, слышал, как завелась и стала разворачиваться бронемашина. После того, как она уехала, парень рискнул выглянуть из своего укрытия. В живых не осталось никого. Мужчины и женщины лежали на земле вперемешку. Все вокруг было забрызгано кровью. У большинства мертвецов были открыты глаза, и они смотрели, ничего не выражающим взглядом, кто в небо, кто в сторону Кирилла. Зрелище было жутким. В чем они виноваты? Что они сделали такого, за что их нужно было вот так убивать, как скот?
Парень повернулся к детям:
- Вы в порядке?
Они, молча, кивнули. При ближайшем рассмотрении эти дети вызывали еще больше жалости. Оба грязные, запуганные, в старой одежде и очень худые. Видно было, что они голодали. Дети были похожи друг на друга: у обоих голубые глаза и русые волосы, маленькие аккуратные носики и тонкие шеи. Мальчик был немного выше.
- Нам нужно какое-нибудь укрытие понадежнее, чем мусорный бак. Знаете такое?
- Здесь недалеко есть заброшенный склад, – сказал мальчик.
- Показывай.
Они вылезли из-за бака, девочка увидела свою мать, лежащую на земле, и заплакала.
- Тихо, милая, тихо. Сейчас нельзя, не здесь.
Кирилл подхватил девчушку на руки и понес. Он прижал ее лицо к своему плечу, чтобы она не видела всего этого ужаса.
Ее брат петлял между обломками, стараясь не наступать на куски битого стекла. Он завернул за угол, Кирилл пошел за ним. Пройдя два переулка, они свернули в неприметный узкий проход между заборами и вышли к железной серой двери, замок на которой, был давно сбит.
Мальчик осторожно потянул дверь на себя, она легко открылась, издав при этом лишь короткий скрип. Внутри было темно. Все, что удалось разглядеть – это серые стены, такой же пол, покрытый толстым слоем пыли и остатки поломанной мебели.
Кирилл поставил девочку на пол.
- Как вас зовут?
- Меня – Тони, а сестру – Кира.
- Хорошо, меня зовут Кирилл. Расскажите мне, что здесь происходит? У вас война?
- Да, у нас идет гражданская война. Это продолжается полтора года, с тех пор, как к власти пришла эта партия «Сила». Они стали устанавливать свои порядки, повышать до бесконечности налоги, ужесточили наказания за все преступления, вплоть до смертной казни, нельзя высказывать свое мнение, кто не согласен с властью, тот – враг. Они довели народ до нищеты, мы голодаем. И вот, поднялось восстание, кто с чем. А они убивают повстанцев без суда.
- А почему эти люди не сдались, ведь им предлагали помилование?
- Это помилование только на словах. Их всех отправили бы работать в шахту, добывать уголь, пока все до единого не умерли бы от тяжелой работы или голода. А несколько месяцев назад в ходе обстрелов взорвали атомную электростанцию. Теперь кроме всего прочего люди стали тяжело болеть. Многие умирают от рака или еще какой-нибудь гадости. Такими восстаниями охвачена вся страна, где-то больше, где-то меньше, но «Сила» все равно удерживает власть и ведет борьбу, утверждая, что заботится о своих гражданах.
- Понятно, типичная диктатура. За что убили всех этих людей? Что они сделали?
- Они были несогласными. Они и, в том числе, наша мама открыто заявляли о геноциде, который устроила «Сила». У них как раз было собрание, когда нагрянули силовики. Кто-то предал их.