- Дорогой мой, вы устали. Вам просто необходимо отдохнуть. Побудете пока у нас, придете в себя, а после решим, что с Вами делать.
В кабинет зашел молодой человек около двух метров ростом, он мягко приподнял Альтера со стула и повел по коридору. Вместо него вошел полицейский:
- Ну, что там?
- Обострение шизофрении, классический случай. Осень на дворе, вот они и поперли. Однозначно, наш клиент, оставляйте. И пробейте, кто он такой, а то имя себе выдумал «Альтер».
- Уже пробили, это Кирилл Шашков, состоит на учете у невропатолога после черепно-мозговой травмы.
- А, ну ясно. Хорошо, подлечим.
Альтера привели в палату и указали на свободную койку. Кроме него там было еще три человека. Один совсем молодой парень, сидящий на кровати и покачивающийся из стороны в сторону. Второй мужчина лет тридцати, что-то записывающий в тетрадку и спящий старик. Всего четыре койки, Альтер занял последнюю. Сама палата была небольшой, стены, как и во всех государственных больницах, выкрашены масляной краской зеленого цвета, панцирные кровати и решетки на окнах – вот и все убранство. Не об этом мечтал парень, вынашивая план побега из подсознания. Видимо, зря он доверился врачу.
Никто с ним не разговаривал, каждый из соседей был занят своим делом. Альтер смотрел в окно, выходящее в больничный двор. За окном виднелись лысые деревья, серое небо и грязь. Такая картина совсем не поднимала настроения. Парень не переставал корить себя за совершенную глупость. Он променял пусть и призрачный, но такой удобный и знакомый мир на зарешеченное окно и койку в психбольнице. Каждый должен находиться на своем месте, а он, поддавшись тщеславию, наломал дров. Нужно как-то исправлять ошибку, пора возвращаться.
Глава 9
Наигравшись с пляжем и отдыхом, Кирилл решил, что пора заняться и более значимыми делами. Раз уж он застрял здесь, то нужно искать преимущества своего положения, а их немало. Он может подстроить весь этот мир под свои нужды и желания, а двойник, если ему так хочется, пусть борется за существование в реальном.
Прежде всего, нужно устроить свою личную жизнь. Эмма была идеальной девушкой, ее необходимо вернуть. Парень сосредоточился и оказался на городской площади, где казнили его любимую девушку. Она стояла, привязанная к столбу, а градоправитель толкал пламенную речь на тему ведьминских происков и всего такого.
Кириллу захотелось, чтобы все было красиво, поэтому рядом с ним возник белый жеребец. Шкура его лоснилась, а грива ниспадала водопадом до самых колен. Такой стал бы гордостью любого заводчика. Парень примерился и постарался залезть на коня, но, учитывая, что опыта верховой езды у него практически не было, то он позорно скатился с животного. Хорошо еще, никто не видел. Забраться в седло удалось только со второй попытки. Тогда Кирилл, гордо выпрямив спину, выехал в центр площади. Градоправитель сразу же замолчал. Эмма, неверяще, смотрела на парня, она уже мысленно распрощалась с жизнью, и тут такое.
- Так, всем оставаться на своих местах. Я тут главный маг и волшебник, это моя женщина, и трогать ее нельзя.
Градоправитель выпучил глаза от такой наглости:
- Схватите этого еретика и привяжите рядом с ведьмой. Пусть вместе отправляются к своему темному господину! – при этом он высоко задирал голову, видимо, очень гордился меткой фразой.
Кирилл повернулся к толстяку и сказал:
- Забыл представиться, темный господин, как Вы изволили выразиться, это тоже я.
Он поднял руку, и Гаркалло вспыхнул похлеще олимпийского огня. По площади прокатился вздох. Толпа притихла, а некоторые, особо впечатлительные, попадали в обморок. Эмма стояла молча, она никак не рассчитывала на подобный исход. С одной стороны, девушка всей душой ненавидела градоправителя и желала ему мучительной смерти. Но с другой, теперь она опасалась оставаться наедине с Кириллом после такого представления. Кто знает, что может взбрести ему в голову?
Парень, насладившись произведенным эффектом, подъехал к помосту, где была привязана Эмма. Не говоря ни слова, он протянул ей руку, веревки тут же истлели. Она неуверенно шагнула в его сторону. Кирилл обнял хрупкое девичье тело и бережно усадил перед собой на коня. Несмотря на то, что ее держали в такой же камере, как когда-то и самого парня, от Эммы все равно пахло лесными травами и свежестью. Может и правда ведьма? В любом случае, это его любимая ведьма, и он никому не позволит ее обижать, а тем более сжигать на костре.
От Гаркалло, кстати, осталось лишь обгорелое пятно на балконе, с которого он толкал свои речи. Кирилл выезжал с площади довольный собой. Он крепко прижимал к себе девушку, боясь снова ее потерять. Она немного расслабилась после пережитого стресса и тоже прижалась к своему спасителю.