Неотступно стараясь идти за ней в след, Егор зацепил носком своей туфли какой-то ржавый болт, бесхозно валяющийся под ногой, и рассеянно посмотрел туда, куда тот полетел.
— Послушай, — строгая спутница вновь принялась упрекать Егора — ты ведь вроде неглупый человек. Запомни несколько правил: не лезь туда, куда не следует, не хватай, что попало и не отвлекайся на разную ерунду вокруг. И ещё — перестань пинать всякий мусор. Неровен час, угодишь в область инвертированного пространства, и тот болт прилетит тебе обратно с удвоенной силой. И тогда хорошо будет, если твоя нога отделается одним синяком.
Егор пообещал быть осторожней, однако выразил негодование по поводу того, что с ним вновь разговаривают как с маленьким, несмышленым ребенком.
Прямо в самую середину той комнаты, в которой двое людей ненадолго остановились, через отверстие в крыше сверху попадал луч солнечного света. Конец этого яркого луча упирался в один из резервуаров с мутной жидкостью, отчего в том месте, сквозь зеленоватую поверхность хорошо было видно самое дно водоема. К некоторому удивлению Егора, эта странная вода, будучи подсвеченной таким необычным образом, на поверку оказалась вовсе не грязной, а наоборот довольно-таки прозрачной, просто покрытое каким-то илистым веществом дно бассейна создавало иллюзию мути, взвешенной в воде. Благодаря медленно летающей в воздухе пыли, упиравшийся в бассейн луч света казался объемным, и представлял собой почти осязаемый на вид, яркий наклонный полупрозрачный столб, уходящий под косым углом прямо в воду.
Техническое назначение водоема было не совсем понятно Егору. Возможно, когда-то здесь располагался цех гальванических покрытий, или же эти бассейны использовали для испытания каких-то изделий на водонепроницаемость, однако сейчас в этом месте всё было совершенно заброшено: бетонные стенки бассейна местами обрушились, а кое-где они вообще поросли густым мхом и выцветшей травой. Вокруг виднелись, такие же ветхие на вид, как и края водоемов, ржавые подмостки, да повсюду еще торчали некие покореженные металлические конструкции, намертво вмурованные своими основаниями в старый, растрескавшийся бетон.
Потоптавшись немного в поисках другого выхода из этого загадочного помещения, Егор с Ключницей двинулись дальше. Время от времени идущая впереди женщина останавливалась и настороженно прислушивалась. В такие моменты Егор и сам вдруг начинал различать странный приглушенный рокочущий шум, доносящийся неизвестно с какой стороны, и по его телу начинали непроизвольно бежать мурашки.
Однако ни странные, пугающие звуки, ни ощущение ожидающей впереди опасности не могли идти в какое-либо сравнение с обескураживающим чувством апатии и обреченности, которое всё сильнее и сильнее овладевало Егором. Шок от того, что они могут застрять тут на несколько столетий, окончательно выбил его из колеи. Время в этом странном мире по-прежнему шло обычным на первый взгляд образом, однако, отсчитывая при этом совсем иные часы и минуты, и Егор всё сильнее и с отчаянием осознавал, что с каждой прошедшим мгновением в здешнем странном мире он всё дальше и дальше отдаляется от своей знакомой и привычной реальности.
Конца их путешествия не было видно, и если поначалу он как-то пытался упрашивать свою спутницу ускорить поиски выхода, то вскоре понял, что это просто бесполезно: та и сама не совсем представляла, как быть. Она, по её же словам, просто пыталась обнаружить в данной местности какую-то важную зацепку, но пока не находила её.
По мере их продвижения вперёд, Егор попытался составить в уме примерную карту здешней местности, не переставая удивляться тому, насколько огромным все-таки был его родной завод, и какими хитрыми и витиеватыми являлись переходы из одного цеха в другой. Основные корпуса ещё издревле были построены так, чтобы вплотную примыкать друг к другу, располагаясь под одной крышей. Но далеко не все места и помещения, мимо которых они проходили, Егор узнавал, да и те, которые казались ему хоть как-то знакомыми, вызывали порой невольное изумление своей неожиданной планировкой. Поспешая за шедшей впереди женщиной, Егор открывал для себя такие здешние закоулки, о существовании которых он, к своему удивлению, порой даже и не подозревал. Невзирая на то, что он всегда считал себя неплохим знатоком этого завода, по сравнению с Ключницей, которая была здесь словно рыба в воде, его знания казались ему сейчас просто ничтожными. Вскоре, после того, как обстановка вокруг вновь странным образом изменилась, Егор отбросил попытки мысленно картографировать окрестности. Теперь он просто угрюмо брёл за своей провожатой, однако не забывая с величайшей осторожностью оглядываться по сторонам.