Ну вот, теперь где-то в башне засела Третья. Она была со здоровенным окровавленным ножом в руках, не производила впечатления здравомыслящего существа, и мне было стрёмно за ней идти. Но какие у меня были варианты? Правильно — никаких. И я пошёл. В правой руке я держал пистолет, в левой фонарик, при этом я старался левой рукой поддерживать правую так, чтобы и пистолет смотрел вперёд и фонарик светил туда же. Я в кино такое видел, там какие-то спец-хуец-назовцы вот так ходили — да ещё на полусогнутых и ловко обходя углы по большому радиусу. На полусогнутых мне было неудобно, обходить углы в башне было негде — я ограничился тем, что выставил вперёд пистолет и фонарик, да так и пошёл, убеждая себя в том, что я Очень Грозный Мужик С Пушкой, а не вот-вот обосрусь с перепугу.
За Третьей оставалась на полу цепочка капель, выглядевших в синеватом луче яркого светодиодного фонарика чёрными. Похоже, что её ранили довольно сильно. Кровавый след уходил на лестницу и по ней вниз, в цоколь. Паршиво — изгиб крутой лестницы вообще не давал разглядеть, что там внизу. Идеальное место для засады человека с ножом на человека с пистолетом — обзор с лестницы никакой, садись за углом, да жди.
Надеяться подкрасться незамеченным было бы глупо, поэтому я наоборот закричал в темноту, спускаясь:
— Эй, барышня! Я тебе не враг, не надо на меня нападать!
Постоял, послушал — тишина. Ну ладно, будь что будет — резко впрыгнул в помещение, споткнулся на обрезке водопроводной трубы и грозно, как настоящий спецназер, наебнулся спиной об пол с размаху. Фонарик при этом отлетел в угол, так что я, поднявшись и проматерившись, просто включил свет. Третьей в помещении не было, капли крови указывали маршрут в револьверный подвал с капсулами. Хрена ли она там забыла? Ответ не замедлил — пронзительная волна холода толкнулась в солнечное сплетенье, прихватила ледяной рукой за сердце… И схлынула, оставив стылое послевкусие во рту. О как. Третья покинула меня через портал Ушельцев. Это хитрый план, глупость или изощрённое самоубийство? Или…
Я метнулся вниз и раскрыл капсулу — нет, пустотный комплект был на месте. Впрочем, акки-то оттуда я ещё раньше забрал, думаю, без них от него толку примерно, как от шапочки из фольги. Однако центральный цилиндр был опущен, лестница приглашающе раскрыта, и оттуда привычно уже слегка сифонило внутренним холодом. Но как? Я поднялся в цоколь и увидел, что второй рычаг на консоли поднят, а рукоятка его измазана красным. Получается, что раненая Третья не просто так ломилась в башню, а чётко знала о проходе в холод и предназначение рычагов? Это даёт надежду, что она не лежит сейчас застывшая там, за порогом, а имеет какой-то способ добраться, куда ей надо. Но кто же она такая, чёрт подери?
Нашёл тряпочку, вытер рычаг и опустил его. Из «револьверного» помещения раздались щелчки и постукивания — проход закрылся. Вот и ладушки, так-то мне спокойнее. Если Третья сумела пройти туда, не хотелось бы, чтобы кто-то пришёл оттуда…
Вопрос знатокам! Можно ли считать на этом проблему Третьей решённой? Отвечает… да я и отвечаю, больше некому. Думаю, что да. Сдохла она там, за порогом, или добралась, куда собиралась — но назад точно не вернётся. Жаль, что это, кажется, не последняя моя проблема.
Вернулся к воротам, открыл и осторожно выглянул наружу. На дворе уже светало, и даже без фонарика было видно, что если кто-то и нуждался в моей помощи, то она запоздала. Два слегка потасканных мужичка, один в спортивных штанах типа «классический гопницкий абибас» и курточке, другой неожиданно в «горке», лежали в таких позах, что для констатации смерти врач был не нужен. Я подошёл ближе, присмотрелся, перевернул тела — и минут пять героически блевал в кусты. Они как будто в блендер попали — по десятку ножевых на каждого, кровь под трупами стояла лужей. Ничего себе, как их Третья за несколько секунд оприходовала! Как же хорошо, что она смылась…
Сходил в башню, взял хозяйственные резиновые перчатки и натянул поверх одежды белый одноразовый малярный комбинезон. Блюй, не блюй — а никто тут за меня не приберётся… Расстелил мусорный пакет, преодолев брезгливость, вытряхнул на него содержимое карманов двух покойничков.