– Ну уж и слегка преувеличить нельзя, – с явным неудовольствием пробурчал хозяин. – Что я, должен тебя учить искусству поэтического вымысла?
– Ну, разве что поэтического, – с сомнением покачал головой Грендель, – только ведь и тут своя мера…
– Скажите лучше, что за муха укусила короля Александра? – прервала спор о допустимых пределах поэтического вымысла Надежда Чаликова. Журналистка продолжала исполнять роль пажа Перси и красовалась все в том же камзоле с малиновым беретом. – Чего ради Его Величество кинул нас в темницу?
– A вы еще не знаете? – Беовульф опрокинул в себя очередной кубок. -Его Величество Александра свергли с престола, и теперь делами заправляет его племянник Виктор.
– Вот так вот взяли и свергли? – недоверчиво переспросил Василий.
– Вот так и свергли! Приехал из Белой Пущи князь Длиннорукий вместе с Соловьем-разбойником, а следом за ними – какие-то лиходеи. Эти упыри даже свои войска не стали присылать – хватило и десятка наймитов, чтобы короля согнать. Говорил же я: «Не доверяйте, Ваше Величество, Виктору, ненадежный он». – Беовульф шумно вздохнул. – A Его Величество отвечает: «Что делать, дружище Беовульф! Ну, отставлю я Виктора от дел, а кто хозяйственными вопросами займется – может быть, ты?». Умнейший был человек!
– Почему был? – возмутился Грендель. – Я уверен, что он жив и здоров!
– A у вас есть основания полагать иное? – Дубов пристально глянул на Беовульфа.
– Ну, на днях созвал Виктор нас, доблестных рыцарей, в королевский замок и давай заливать – мол, пора поднимать королевство из руин, развивать кустарное производство, осушать болота – дались ему эти болота! – и всякое такое прочее. И, дескать, пора вам, славные рыцари, забыть свои распри и включиться в общее дело, дабы наше королевство встало в один ряд с передовыми странами мира. Мы, конечно же, киваем, да-да-да, надо, пора, а про себя думаем: мели себе на здоровье, Ваше Высочество, а мы как жили триста лет на болоте, так еще столько же проживем!.. – Хозяин обвел своих гостей слегка замутненным взором. – Да вы угощайтесь, господа, а то я, дурак, всякими баснями вас потчую, а винца-то подлить и некому!
– Спасибо, мы сыты, – невпопад ответила Надя, которая с некоторым изумлением слушала рассказ радушного хозяина, пытаясь извлечь из него некое «рациональное зерно». – Но разве это так плохо, что Виктор хочет вытащить страну из болота?
– Нет, это, конечно, не плохо, – задумчиво промолвил Грендель, -только вот едва завершил Виктор свою речь, как встает один из наших рыцарей, не помню кто, и спрашивает: «Виктор, а где твой дядя Александр?»…
– Ну, это воще было! – с хохотом перебил Беовульф. – Виктор весь аж побелел, хотел что-то ответить, но тут выскочил этот его прихлебатель князь Длиннорукий, весь красный, ручки трясутся, глазки воровасто по сторонам бегают, да как зачастил: «Господа славные рыцари, Его Величество малость захворал, находится в какой-то там усадьбе, но мы с ним большие друзья, все время поддерживаем связь, и как только он поправится, так сразу вернется в замок». Ну и все в том же духе. A хорошо было сказано: «Виктор, где твой дядя Александр?» – И Беовульф захохотал пуще прежнего.
– A кстати, где? – заинтересовался Дубов. – Вот бы его найти!
– Кто знает! – вздохнул Беовульф. – Поначалу, как я слышал, короля содержали в его же горницах, что называется, под домашним заточением, а потом в одно прекрасное утро слуги явились – а Его Величества нет. Ну, Длиннорукий сразу своих наемников за задницу – где король? A те, как всегда, лыка не вяжут.
– Уж не учинили ли они чего с Его Величеством? – горестно покачал головой Грендель.
– A может быть, вы же и его похитили? – хитро прищурился Василий. -Так же как нас.
– Да мы хотели, – протянул Беовульф, – даже записки к нему посылали через Кузьку. Кстати сказать, именно Кузьма Иваныч нам и про вас стукнул… Да, так вот, послали это мы Его Величеству записку – дескать, готовы помочь вам бежать из заточения, а затем встать под ваше начало, дабы изгнать из Мухоморья вурдалаческих прислужников, этих жалких наемников…
– A король что? – не выдержала Надя.
– A он тоже прислал записку. Да вот она. – Хозяин пошарил под не совсем чистой скатертью, небрежно постланной на столе, и извлек мятый листок: – «Благодарю вас, верные рыцари, за заботу обо мне, но обстоятельства к нам неблагоприятны. Оставайтесь на своих местах, а я остаюсь на своем». Ну, мы решили, что Его Величеству виднее. A чуть не на следующее утро он исчез.
– Может быть, они узнали о его переписке с вами и сплавили куда подальше? – предположила Надя. – A объявили, что исчез.
– C них станется, – проворчал Грендель.
– Король – не иголка, – глубокомысленно заметил Дубов, в котором уже пробудился детектив высокой квалификации. – Будем искать. Если его, конечно, не вывезли тайно в Белую Пущу.
– A кстати, что в Белой Пуще? – спросила Чаликова. – Установилась там стабильная власть, или нет? То есть я хотела сказать – устойчивая.
– Какая уж там власть, – хмыкнул Беовульф. – Одно название. Я, конечно, не знаю подробностей, но один мой хороший приятель, купец Авелат, ездил туда по своим торговым делам и даже встречался с кем-то из Семиупырщины…
– Чего-чего? – удивленно переспросил Дубов.
– Ну, Семиупырщина – так теперь называется ихняя шайка. То есть вообще-то она зовется более красиво – Временный Совет по управлению Белой Пущей, или черт его там знает как. Но все зовут их Семиупырщиной, это и короче, и суть точно отражает.
– И кто же эти семь упырей? – заинтересовалась Чаликова.
– Да нет, упырей среди них Авелат насчитал только двоих – самого барона Альберта и воеводу. A остальные – какие-то бояре, потомки еще тех, шушковских, недорезанные князем Григорием, да парочка богатеев. Но заправляют, конечно же, упыри во главе с Альбертом. A барон будто бы после смерти князя Григория совсем с крыши спрыгнул – верит во все приметы и собственной тени боится. Хотя пардон – у вурдалаков тени не бывает…
– Ну хорошо, вероятность того, что короля вывезли в Белую Пущу, мы рассматривать не будем, – задумчиво промолвил Дубов, – тем более что у них там, как я понимаю, и своих проблем хватает. Значит, Его Величество либо держат где-то в тайном месте, либо похитили, условно говоря, «третьи силы».
– A ну как убили? – ахнул Грендель.
– Не думаю, – покачал головой Василий. – Король им нужен живым, во всяком случае до того момента, пока не подпишет отречения в пользу Виктора. Да и каким бы Виктор ни был, но титул убийцы собственного дяди ему совершенно ни к чему.
– Да уж, это вам не королевич Георг, – заметил хозяин. – Тот, говорят, на своего дядюшку чуть не с ножом кидался!
– Теперь относительно предположения, что его могли перевести в более закрытое место, чем королевский замок, – продолжал детектив. – Я знаю Его Величество Александра как человека отнюдь не глупого, он не мог не понимать, что его положение более чем ненадежное, и тот факт, что он отказался от вашего предложения о побеге, может означать только одно: Его Величество уже ждал помощи совсем с другой стороны. Это подтверждает и его исчезновение сразу после вашего письма. Так что скорее всего король жив, здоров и находится в надежном месте.
– Боюсь, боярин Василий, что вы просто пытаетесь нас успокоить, -пристально глянул на Дубова Грендель. – A заодно и самого себя.
– Не без этого, – развел руками детектив.
Тут в залу заглянула горничная. Вид у нее был весьма растерянный:
– Господин Беовульф, к вам гость…
– Гость? Прекрасно. Ну так ведите его сюда, – прогудел радушный хозяин. – A заодно и винца принесите.
Но когда объявленный гость появился на пороге, то все непроизвольно вскочили из-за стола и почтительно склонились перед ним, хотя тот был одет очень скромно, по-крестьянски. Нежданный гость был король Новой Ютландии Его Величество Александр.
Петрович со спущенными штанами стоял посреди длинноруковской комнаты, а князь, макая тряпочку в миску с водкой, собственноручно протирал бывшему Грозному Атаману царапины на заднице.