У стены стоял шезлонг, он тоже, как и все вокруг, был в пыли, но я сама не блистала чистотой от таскания по пыльным залам и, плюнув на все, плюхнулась на него и прикрыла глаза, пытаясь собрать последние исчезающие силы, сознание поплыло…
— …мам, проснись, пора еще таблетки выпить. А то мне в школу пора, — услышала я голос сына.
— Уже встаю, — сна как не бывало, да только если я надеялась, что с возвращением в это тело мне станет лучше, меня ждал облом. В груди кололо, хотя и не так сильно, голова все еще шла кругом, и ноги держали с трудом. Обеспокоенный взгляд сына заставил меня собраться и выдавить жалкую улыбку.
— Иди в школу, не бойся. Со мной все будет хорошо.
— Мам, может, я останусь. Что-то ты неважно выглядишь.
Я добавила уверенности в свою улыбку.
— Не говори глупостей, если что, я тебе позвоню, — сказала я, скрещивая пальцы за спиной.
Глава 18
Знаете, что самое тошное в болезни, нет не только то, что чувствуешь себя паршиво как никогда, но и то, что лежишь и понимаешь, заняться нечем кроме как думать или спать. Скажите, а на что ящик или книжки? А вы пробовали смотреть телевизор при том, что волноваться вам не желательно? Так вот лучше и не рискуйте — проигрышное это дело. Тоже и книжек касательно, рыдать над злоключениями героев, и размышлениями о том как им переспать и при этом доказать другому что тебе плевать на партнера, бред собачий. И вот как результат — я лежу и дрейфую между нежеланием уснуть и заняться самокопанием. Уснуть — это прямиком в объятия Джейда. Думать, так мысли плывут почему-то в сторону того, что поведение мужа все чаще вызывает вопросы, на которые я, если честно, боюсь искать ответы. Не знаю, сколько я лежала, но мои страдания прервал звонок мобильного.
— Да? — спросила я, даже не взглянув на номер.
— Дашунь, привет. Как ты? — раздался в трубке голос мужа.
— Привет. А как я, тебя это и в самом деле интересует?
— Конечно, — как-то неуверенно сказал он. — Ты же моя жена.
— Странно, что ты вспомнил об этом. Но если спросил, то я чувствую себя терпимо.
— Может тебе стоило в больницу лечь?
— И кто бы меня там навещал? Твоя маман? Вот уж сомневаюсь.
— Ну… мама сама чувствует себя неважно.
— Слушай, кончай этот пустой разговор. Позвонил, отчитался, пока.
— Что ты злишься? Я же не могу сорваться все бросив.
— Знаешь, наш разговор абсолютно беспредметен, только нервы мотать и себе и тебе. Так что лучше не звони, если окочурюсь, тебе сообщат.
И я, отключившись, устало откинулась на подушку.
«Черт, пошло оно все на хрен! Хочу к Джейду! А интересно, если снотворное выпить я туда быстрее попаду!»
Снотворное мне не понадобилось, вырубилась я быстро и незаметно для себя…
…«Ой, ну и кайф, — подумала я, осторожно ворочаясь на мягчайшем матрасе. — Так, стоп! Это что, я уже в Фантазии?»
Резко распахнув глаза, я узрела спальню, которую раннее привела в порядок. Она сверкала первозданной чистотой, видно пока я была в откате, фантомы вылизали ее до блеска. Ну и как всегда я благоухала как весенний луг и была в легенькой рубашонке. Благо про трусики не забыли. Интересно, их мне Джейд надевал? Ну, даже если и не он, то кто мне мешает помечтать?
Я поднялась с постели, хотя вряд ли то на чем я спала, соответствовало столь скромному названию. Это было ложе, роскошное, поистине королевское, с расшитым цветами балдахином. В кресле к углу прикорнула Морен, тихо посапывая во сне.
«Интересно, ее Джейд приставил караулить мое пробуждение, или это просто обязанность у нее такая спать в моей комнате?»
Стараясь не разбудить ее, я вышла на балкон, только сейчас я заметила, что он нависал над морем-океаном. До воды было довольно далеко, но даже отсюда была видна бирюзовая глубина, проникая сквозь которую лучи солнца разбегались бликами по ровному песчаному дну.
Знаете, что я обнаружила за собой? Чем чаще я посещала Фантазию, тем больше чувствовала себя здесь не просто своей, а как бы неотделимой частью. И что самое странное меня все чаще тянуло на необычные для меня поступки, что-то авантюрное, что-то столь нетипичное для меня. Вот и сейчас глядя на воду мне, ну просто невыносимо, захотелось оказаться в ней. И что, вы думаете, я сделала? Ага, именно то, что вы и подумали, я перелезла через перила балкона и прыгнула вниз. Полет был недолгим, но каким-то замедленным, словно я не просто падала, а парила. И во время этого полета одежда опять «впиталась» в мое тело, только на этот раз не было паники, и изменения, произошедшие в моем теле, прошли почти незаметно, привычно. Вода раскрыла мне свои теплые объятья, принимая как мать после долгой разлуки. Лаская, лелея, даря всему моему существу восторг воссоединения, наполняя тело силой, свободой и радостью от которой хотелось петь. Хотелось плыть вперед, просто вперед безо всякой цели, наслаждаясь тем, что видели глаза, ощущала кожа.