Но собранное старательными американскими спецслужбистами досье это только первый слой. И если мы в своём любопытничании не остановимся, а просунем нос чуть дальше, то обнаружится слой следующий: помните, что дядюшка в период 1942-43-го сидел на китайской киче? Так вот любопытным (а мы ведь с вами именно таковы, верно?) известно, что по выходе из тюрьмы он отправился обратно во Вьетнам и принялся там возглавлять, командовать и распоряжаться. Но тем, кто не только любопытен, но ещё и длинноносен, интересно будет узнать, что, покинув тесное узилище, дядюшка отправился сперва не на юг, к вьетнамской границе, а на север, в Чуньцин, во временную столицу Китая, где находилось то, что обычно в столицах и находится, а находятся там среди всего прочего ещё и посольства самых разных государств. И вот в Чунцине среди этих разных посольств имелось и посольство Соединённых Штатов и дядюшка, пренебрегая широким выбором, отправился прямиком туда и попросил въездную визу в США.
И американское посольство и лично посол Кларенс Эдвард Гаусс рекомендовали Госдепартаменту эту визу Хо Ши Мину дать. И в Госдепартаменте по этому поводу возникла борьба двух группировок, двух "точек зрения", одна (группировка "специалистов по вопросам Азии") была за то, чтобы визу дать, а другая (группировка "специалистов по европейским делам") считала, что из тактических соображений именно сейчас не следует чрезмерно раздражать французов и потому визу дядюшке давать не следует. В этом товарищеском матче победили "европейцы" и Хо Ши Мину в визе отказали. И только после этого он пешкодралом отправился в свои тропические пенаты. На этом месте кончается лакуна и продолжается с прерванного места уже известная нам история.
Для людей с бедным воображением я вышеизложенный момент разжую.
На дворе - 1943 год. На тихоокеанском театре идёт полномасштабная война, full scale War.
Новая Гвинея, Гуадалканал, Алеутские острова, Соломоновы острова, море Бисмарка, Бугенвиль, Тарава, авианосные соединения, бомбёжки, десанты, подводные лодки и пр, и пр, и пр.
Огнём охвачены все государства тихоокеанской зоны, в стороне никто не остался, нормального сообщения между государствами больше нет и гражданскому человеку попасть из Индонезии на Гавайи нельзя никак. Разве что зайцем на подводной лодке. Эмиграции опять же не существует, кому и куда прикажете эмигрировать? И вот в этой ситуации к дверям в американское посольство, персонал которого занят глобальными проблемами, подходит только что освобождённый из китайской тюрьмы человек "азиатской национальности" и стоящий на страже морской пехотинец его взашей не гонит, а, напротив, позволяет пройти в посольство, где человек не только с подложными, но ещё и просроченными документами на имя "китайского журналиста Хо Ши Мина" как о чём-то заурядном просит открыть ему визу на беспрепятственный въезд в находящиеся по другую сторону Пасифика Соединённые Штаты. В 1943 году, каково?! И никто над "китайским журналистом" не смеётся и изумлённые глаза на него никто не таращит, вовсе нет, напротив, его вопросом занимается персонал посольства, у которого других дел, очевидно, нет, да что там персонал, выдачей визы озабочивается сам посол и, вникнув в существо дела, лично рекомендует Госдепартаменту злосчастную визу дать. И Госдепартамент эту рекомендацию рассматривает и обсуждает наравне с другими вопросами государственной важности и даёт по этому делу заключение. Выглядит как абсурд, правда?
Не все это, наверное, знают, но Госдепартамент это очень серьёзная организация и работают там очень серьёзные люди. Пустяками в Госдепартаменте не занимаются. Между прочим, если бы визу решено было дать, то в тех условиях это означало бы, что Хо Ши Мина посадили бы в бомбардировщик и кружным путём доставили бы в США. Но - не срослось. И отправился дядюшка обратно - продолжать бороться за независимость народов Индокитая. И доборолся таки! И провозгласил независимость нового государства. И прочёл он на главной площади Ханоя громким ясным голосом Декларацию о независимости Вьетнама, которая была вольным переводом на вьетнамский язык Декларации независимости США. Кое что вьетнамцы сократили, но вот насчёт liberty, life and the pursuit of happiness оставили.
И когда Хо Ши Мин дошёл до этого места и торжественно произнёс: "…право каждого на жизнь, свободу и стремление к счастью", то как значительно позже написал стоявший в тот памятный день в толпе на ханойской площади американец Архимед Патти - "I just couldn’t believe my own ears". Но деваться ему было некуда, против реальности не попрёшь, так что как ни не хотелось недоверчивому Патти, но пришлось ему услышанному поверить.