Сперва американцы, стараясь избежать полномасштабной гражданской войны в Китае, пытались стороны примирить, "слить" их вместе, исходя из того, что "коммунисты", как более приспособленный вид, эволюционно перехватят власть у "националистов" и что если держать процесс под контролем, то эксцессов удастся избежать. И если США ничуть не обольщались насчёт "националистов", то и китайских "коммунистов" американцы тоже видели насквозь. Отправляя Пата Харли послом в Китай, никто иной как Рузвельт, напутствуя своего протеже, сказал ему так: "… когда тебе там придётся иметь дело с коммунистами, не обращай внимания на это слово, эти люди не коммунисты, они просто себя так называют."
Самое интересное тут то, что и Сталин смотрел на китайцев под тем же углом, что и американцы, и видел он тоже то же самое. И Рузвельт, и Сталин отчётливо понимали, что в борьбе между китайскими националистами и китайскими коммунистами истинными националистами были прятавшиеся за коммунистической идеологией "маоисты". Разница была только в том, что если с точки зрения интересов США конечное торжество "маоистов" было скорее хорошо, чем плохо, то с точки зрения интересов СССР (России) это было скорее плохо, чем хорошо.
Это основа, фундамент, на котором строилась realpolitik сторон в 1945 году в той её части, которая касалась Китая. Кроме того, и США и СССР понимали, что если по результатам войны победителей оказалось двое, то это означает, что в долгосрочной перспективе их интересы будут расходиться чем дальше, тем больше. А это, в свою очередь, означало, что "что для русского здорово, то для немца смерть" и если в интересах американцев гражданскую в Китае предовратить, то в интересах СССР ровно противоположное.
Кроме того, ясно было, что американцы изначально находятся в лучшей позиции.
Было так потому, что в конце концов кто-то в Китае, да побеждал, гражданская война не могла длиться вечно, и эта окончательная победа одной из сторон, этот достигнутый "консенсус общества", эта однозначность были в интересах США. В этой ситуации выгода СССР состояла в сколь возможно долгом поддержании "процесса".
Прежде чем завершить эту главку, остановимся на одном в высшей степени важном событии, которое привлекает внимание публики не так, как должно было бы привлечь, будь публика не дура. Я о визите госсекретаря Хилари Клинтон в Мьянму, гораздо более известную миру, как Бирма. Бирма это государство-изгой, некая сумеречная зона, в непрозрачной серости которой державы до сих пор обделывали свои делишки. И вот, совершенно неожиданно туда отправляется не низкоранговый посланник для "прощупывания почвы", а отправляется туда госсекретарь США, чего не случалось более пятидесяти лет, отправляется с государственным визитом мало того, что госсекретарь, но ещё и человек калибра Хилари Клинтон, которая считается самым компетентным политиком не нынешней даже администрации, а всего политического спектра вообще. Этот выстрел из орудия главного калибра означает, что Китай близок к исчерпанию отпущенного ему лимита "силы" и что США начинают выстраивать ситуацию образом, который позволит ограничить дальнейший "рост" Китая.
Подавляющее большинство интересующихся "Китаем" не понимает (по целому комплексу причин), что "коммунистический режим" в Китае победил (оказался "в силах" победить) исключительно потому, что он пользовался одновременной поддержкой обеих противостоявших друг другу в Холодной Войне сторон. Ситуация не сказать, чтобы уникальная, но складывается такое далеко не каждый день.
СССР нужен был слабый, "зависимый" сосед, а США, как противнику СССР, нужно было, чтобы сосед СССР был из тех, у кого есть свои собственные интересы и сосед этот должен был быть силён до степени, позволяющей ему эти самые интересы отстаивать. Из этой противоположности американских и советских интересов и возникли борьба и единство, породившие современный нам Китай.
СССР поддерживал Мао потому, что в его интересах была как можно более долгая гражданская война в Китае и, поддерживая китайских коммунистов, он делал это не из идеологических соображений, а потому, что коммунисты были более слабой стороной в конфликте. Если бы СССР просто самоустранился (он такой роскоши был лишён по той прозаической причине, что речь шла о государстве, имевшем самую протяжённую общую границу с СССР, но просто представим себе такую фантастику), то это означало очень быструю победу Гоминьдана, конец гражданской войны и какую никакую, но стабилизацию Поднебесной, которая тут же оказывалась в состоянии Холодной Войны с СССР. Американцам же окончания гражданской войны в Китае и пресловутой стабилизации было мало, им нужны были не только великие потрясения в Китае, но они хотели, чтобы из великих потрясений Китай и вышел великим. Гоминьдан для этого не годился, он если и был способен на что-то великое, то разве что на великое воровство.