Более свежий пример: "афганская война" СССР. В Афганистане с СССР воевали не "душманы", а США, война эта была горячим фрагментом войны Холодной. Так вот там тоже США воевали не так, как они МОГЛИ воевать, а воевали они, соблюдая balance of power и в первую очередь балансировали они опять же собою. Воевали они, тщательнейшим образом дозируя свои усилия. И если война с Францией на Тихом Океане тридцатью годами ранее напоминала бокс, то афганская война напоминала хождение по канату. Дело было в том, что американцы опасались неправильно рассчитать усилия и вызвать у СССР не ту реакцию, которую они предполагали вызвать. Больше всего они боялись, что СССР, если его слишком уж больно уколоть, вторгнется в Пакистан, после чего события начинали развиваться непредсказуемо, а непресказуемость это то, что страшит всех.
Это так же, как с атомной бомбой. Мир боится не "человеческих жертв", а боится он неизвестности. И в результате мир "отдаётся" тому, кто может держать баланс, тому, у кого есть сила не позволить событиям хлынуть через край.
69
А теперь давайте посмотрим как это, собственно, выглядит, каким образом событиям не позволяют перехлестнуть через край. Наш мир - котёл, под котлом - жар, над котлом - пар, а в котле - варево, в котле - мы с вами, и хоть и вырывается иногда у восторженных любителей хлёсткой фразы, вынесенных помешивающим черпаком со дна котла наверх, что вот, мол, удалось им найти райский уголок, не верьте им, наш мир на рай не похож, да и углов в котле нет.
И Вьетнам тоже не угол мира, а просто очень наглядный и очень удачный пример, удачный потому, что Вьетнам не очень большой, но и не маленький, не очень сложный, но и в дважды два Вьетнам тоже не уложить, однако при всём при том все компоненты на месте, модель для сборки - вот она, и, главное, выстроен Вьетнам был очень быстро, у нас на глазах, так что нам нет нужды рыться в двухтысячелетней давности событиях, которые то ли были, то ли не были, Вьетнам это картинка в телевизоре, а что такое телевизор знают все, даже сам телевизор знает, что он - телевизор.
Итак, 1946. Первая Индокитайская Война, о которой все знали, что она индокитайская, но ещё не знали, что будет и вторая, а потому войну, длившуюся с 1946 по 1954, называли тогда не первой, а la sale guerre или "грязной войной". Любая война дело не самое на свете чистое, но Первая Индокитайская стала "грязной" главным образом потому, что уже началась эра телевизора, а телевизор это такая грязь, что что угодно собою запачкает, а уже запачканное сделает грязным.
На грязь повелись все, в том числе и сами французы, война стала крайне непопулярной. Получилось так потому, что не успела начаться кампания, замышлявшаяся как маленькая и победоносная, как выяснилось, что она не только не маленькая, но ещё и не победоносная, кому ж такое понравится.
Помните, как ещё до начала "грязной" войны аналитический отдел ЦРУ представил правительству США доклад, из которого следовало, что Франция, как бы она ни старалась, войну в Индокитае не выиграет? Цэрэушники как в воду глядели. И, глядя в воду, они там высмотрели ещё и то, что гордячка Франция будет вынуждена обратиться за помощью к тому, с чьим "присутствием" в Индокитае она вроде бы и собиралась бороться, - к дядюшке, только не к тому, который носил имя Хо, а к другому. Но тоже с бородкой. И в красивом головном уборе.
Взялись за дело французы горячо, они тут же захватили контроль за всеми более или менее значимыми городами, но очень быстро обнаружили, что захват города что-то значит в Европе, а в аграрной стране, где подавляющее большинство населения составляют проживающие на периферии крестьяне, "город" значит гораздо меньше. Французы попытались бороться с противником "на местах", но Вьетминь, не принимая боя, просто напросто растворялся среди неотличимых друг от друга людей в соломенных шляпах конусом, а стоило французам отойти, как вооружённые отряды собирались вновь. Всё это напоминало игру в кошки мышки, но только в данном случае кошка была маленькой, а мышка ого-го какой. Чтобы сделать кошку побольше французы начали нагонять в Индокитай войска, но численное увеличение армии делу помогло мало. (Между прочим, эта история косвенно демонстрирует масштаб столь лелеемого пропагандой "французского сопротивления" времён WWII, ибо если бы французы были знакомы с тактикой партизанской борьбы не по наслышке, они бы не попали в такой просак в Индокитае.)