Такова была расчерченная на чёрные и белые квадраты раскрытая доска.
184
Наряду с осознанием места и роли нефтяного фактора в войне вторая четверть двадцатого века (вторая фаза его луны) примечательна тем, что тогда же появились и были озвучены первые опасения насчёт естественной ограниченности и, как следствие, конечности планетарных нефтяных запасов.
Поскольку слово не воробей, то, раз вылетев, оно вызвало резкий рост как опасений, связанных с возможной нехваткой нефти, так уже и без того имевшегося желания лишить противника доступа к нефтяным месторождениям. Опасения и желание привели к тому, что в 1943 году раздался услышанный во всём мире крик - "наша нефть кончается!" Близкое к панике заявление было сделано не журналистом, а человеком, которому эмоции противопоказаны и именно поэтому оно возымело эффект, немедленно сказавшийся на действиях участников мировой войны. Слово вылетело изо рта Хэролда Икеса, секретаря по внутренним делам Соединённых Штатов. (Этот пост не следует путать с министерствами внутренних дел других государств, в США это что-то вроде министерства землепользования, причём землепользования в широком смысле, куда в смысле более узком включено и всё то, что в земле находится, а находятся там - ресурсы.)
Заявление Икеса (мы с вами не знаем, насколько искренен в своих опасениях он был) вызвало шок, в результате которого появилась так называемая conservation theory или "теория консервации", согласно этой теории, немедленно обернувшейся аксиомой, правительство Соединённых Штатов должно было (именно так - должно, должно в смысле обязано, а долг и обязательства означали долг и обязательства перед народом) контролировать зарубежные источники нефти с тем, чтобы ограничить внутреннюю добычу, сберегая собственные запасы нефти для будущего. Как для светлого будущего, так и для будущего, понимаемого как будущая война. "Теория консервации", будучи воплощённой в жизнь, давала неоспоримые и вполне определённые гарантии государственной безопасности США.
В этом месте в ход шла элементарная логика, приводившая к не менее элементарному выводу - главным источником нефти (помимо самих США и находившихся в сфере их жизненных интересов Мексики и Венесуэлы) был Ближний Восток, регион, где близким к безграничному влиянием обладала Британская Империя, что автоматически (силою вещей) превращало её в основного соперника США не только в регионе, но уже и глобально, так как нефть была (и остаётся) кровью войны, а влияние Англии в государствах производителях нефти позволяло эффективно ограничивать возможности США по ведению войны как войны "горячей".
(Для посвящённых, для "планировщиков", заявление Икеса не было чем-то неожиданным, свидетельством тому то, что Рузвельтом 28 мая 1941 года (ещё не случились "22 июня 1941 года" и "7 декабря 1941 года) была организована Petroleum Administration for War (PAW), во главе которой распоряжением президента США Икес и оказался. Начал он с того, что образовал из лично им отобранных "представителей нефтяных кругов" координационный Совет, позже получивший известность под названием Petroleum Industry War Council (PIWC). Первое заседание Совета состоялось в загодя назначенную дату - 8 декабря 1941 года, на следующий день после "Пёрл-Харбора". В написанной после войны книжке сам Икес назвал это "одним из самых удивительных совпадений в истории", но, по-моему, насчёт удивительности он лукавил. Ну и раз уж мы отвлеклись, то воспользуемся оказией и зайдём в отвлечении чуть дальше - мало кто знает, что Рузвельтовская администрация собиралась вообще национализировать нефтедобывающую и нефтеперерабатывающую промышленность США, дело дошло до соответствующего закона, застрявшего, правда, на уровне Конгресса, но к тому моменту стало ясно, что США войну выигрывают и Рузвельт не стал искать добра от добра и оставил попытки протолкнуть закон о национализации, посчитав, что "нефтянка" и в таком виде со своими задачами справляется вполне. И не только "нефтянка". Всем известная истина гласит, что "порядок бьёт класс", так вот Вторая Мировая показала миру, что именно в этом отношении, в "порядке", то-есть в планировании и организации США оказались на голову выше остальных участников войны, продемонстрировав невиданные способности к концентрации усилий общества в любой области и на любом направлении, за что бы государство ни бралось. Что ещё интересного… А! Интересно то, что Хэролду Икесу, как любому руководителю (а он был руководителем с диктаторскими замашками, его даже называли Oil Tsar, "нефтяной царь") нужен был помощник, "визирь", нужна была "правая рука", так вот Икес такой "рукой" сделал способного человека по имени Ральф Дэвис. Дэвис был вице-президентом нефтяной компании под уже известным вам названием SOCAL - Standard Oil of California, помимо других причин Икесом двигало ещё и то, что он по внутриполитическим причинам не мог позволить, чтобы его имя было "по службе" связано с одной из Больших нефтяных компаний и потому выбор пал на представлявшего компанию "средней руки" Дэвиса. Очень часто гораздо лучше (во всех смыслах) быть не обласканым вниманием толпы и букмекеров фаворитом, а тёмной лошадкой.)