И кому именно принадлежала та или иная "зона" не имело, вообще-то, никакого значения и было так потому, что американцы спасали зоны не для их истинных владельцев, а для будущего победителя, а в победителях они видели себя.
Никто не хочет смотреть правде в глаза, а правда заключается в том, что в реальности не было никаких "народов, освободившихся от колониального ига". Народы колоний не освобождались, а их освобождали. Независимость ими не завоёвывалась, а им её дарили. Дарили победители во Второй Мировой. А их было всего два - США и СССР. Колонизаторы из колоний не сами уходили, а их заставляли уйти. И заставляли опять же победители. И, получив из рук победителей во Второй Мировой независимость, бывшие колонии немедленно попадали в ту или иную "сферу интересов", а их было всего две, точно по числу победителей. И хотя случалось иногда так, что эти интересы сталкивались, как, скажем, в Бельгийском Конго, но обычно всё удавалось "разрулить".
Так вот, спасая на этапе Второй Мировой чужие "зоны влияния", США спасали и французскую зону влияния, в том числе и Индокитай. И делали они это невзирая на то, что Франция была врагом. Согласно сегодняшней версии Истории (она не окончательная, не переживайте, её ещё много раз перепишут, точно так же, как переписывали в прошлом) Франция была членом антигитлеровской коалиции и мужественной борцуньей с фашизмом, но в реальности было не так. В реальности Франция была разделена на две части, одна из которых фактически вошла в Рейх, а другая стала союзницей Германии с перспективой когда-нибудь в Рейх попасть. И давала Франция Рейху не только солдат и рабочих, но и снабжала Вермахт самой разнообразной военной продукцией вроде боеприпасов и авиамоторов, а также, будучи, как никак, государством индустриализованным, автотранспортом. Главным фронтом для Рейха был фронт Восточный и по этой причине французский вклад шёл главным образом туда, и потому получалось, что в некоторых мотозированных частях Вермахта, воевавших в России, автопарк до 80% состоял из автомобилей французского производства. Так что антисоветчики, очень любящие пускать в ход довод насчёт поставленных по ленд-лизу Студебеккеров, делают это по невежеству, да, у немцев не было Студебеккеров, но зачем они были им нужны, если у них была Франция. Но главное не в машинах, хотя каждому дураку понятно, что на машине ездить лучше, чем ходить пешком, главное в том, что Франция была житницей Германии. И всю войну французы и француженки щедро наполняли закрома Рейха всем тем, что удавалось вырастить и откормить на бескрайних просторах французских полей. Но и это ещё не всё, так как нам никуда не деться от того приятного для французов обстоятельства, что всё, что попадало с французского стола на стол немецкий - оплачивалось.
Но и это ещё не всё, чтобы завершить картину, нам не избежать последнего мазка в виде рассмотрения роли Франции и на Тихоокеанском театре Второй Мировой. А то, что Франция делала (или не делала) там, если чем и отличалось от того, что Франция делала в Европе, так разве что в худшую сторону.
В 1941 году французская сторона и Япония подписали "договор о взаимной обороне", после чего японские войска оказались в Индокитае, не иначе для того, чтобы взаимно обороняться, а французский Индокитай превратился для Японии в один из главных источников сырья и продовольствия. В частности Индокитай стал основным поставщиком риса в Японию. В 1941 году французы поставили японцам 600 тыс. тонн риса, в 1942 - миллион тонн, в 1943 - чуть больше миллиона тонн и в 1944 чуть меньше миллиона. И не бесплатно, конечно. Когда у японцев дела пошли плохо, то они под конец принялись расплачиваться "государственными бондами" и прочей бумагой, но до 1943 года Япония исправно платила Франции за все эти миллионы тонн золотом. А ещё она платила французам золотом за поставленные из Индокитая нефть, уголь, цемент, джут, сахар и каучук. Причём для Франции это было выгодно вдвойне, так как доставалось ей всё это добро не даром даже, а получалось так, что индокитайцы (и вьетнамцы в том числе) ей ещё и приплачивали.
Скажем, производство риса было обставлено таким образом, что французы обложили крестьян чем-то вроде продразвёрстки при твёрдых закупочных ценах в 19 пиастров за кинтал (центнер) риса. Сдавать рис крестьяне должны были кровь из носу под угрозой конфискации земли. Если кто-то не мог дотянуть до установленной для него нормы сдачи, то он обязан был покупать недостающее на рынке по рыночным ценам, а они доходили до 54 пиастров за кинтал, так вот и получалось, что нищий крестьянин платил на базаре 54 пиастра за кинтал, а потом французы давали ему щедрой рукой целых 19 пиастров, а рис они отдавали японцам, а полученное золото клали кто в карман, а кто в Crédit Lyonnais.