Рассуждал Герт так уверенно, словно каждую неделю ему приходилось сжигать свой город.
— Как тебе план, Данька? — поинтересовался моим мнением Котенок. Я пожал плечами. Глупо спорить. Все «за». Даже Герт…
— Может быть, я еще и увижу Солнце. — Старик слабо улыбнулся и погладил Котенка. — Как ты думаешь?
— Думаю, да.
Вот оно что… Солнышко, в которое уже никто не верит. И так хочется доказать всем, что был прав. Даже если придется сжечь город…
Я покосился на Лэна — не начнет ли он доказывать, что я не имею права бросать Черный огонь. Лэн молчал. Ну и прекрасно.
Вся вина будет на мне.
Ведь это я привел Котенка.
Мы решили начать через час — время уже будет позднее, на улицах никого не останется. Конечно, меня все равно могли заметить, но с этим риском приходилось мириться.
Время тянулось как в предновогодний вечер. Мы пили чай, и Герт снова расспрашивал меня о башне Летящих, о Настоящем мече… Я дал ему посмотреть ножны — пустые, легкие. Потом Лэн буркнул, что пойдет глянуть, есть ли еще народ на улицах. Он ушел, а мы продолжали разговаривать. Идиоты…
Я первым понял, что Младшего нет слишком долго, и посмотрел в угол. Сумка Лэна лежала там по-прежнему… только чуть обмякла. Я подошел к ней и открыл.
Внутри лежало свернутое в рулон старое Крыло. И все.
4. Дуэль
Над городом висела тьма. С гор дул ледяной шквальный ветер, и сквозь Крыло в тело проникал озноб. Небо казалось пустым, и ни очки, ни Настоящий взгляд не помогли мне рассмотреть Лэна.
Мы стояли на взлетной площадке башни и таращились по сторонам, словно ожидали, что Лэн вот-вот вернется и отдаст нам Черный огонь.
— Ему нельзя этого делать, — тоскливо повторил Герт. — Мальчик явно не в себе…
— Нельзя, — эхом отозвался Котенок.
— А зачем позволил Лэну уйти? — спросил я. Без всякой злости, просто у меня не было сомнений, что Котенок видел, как Лэн достает Черный огонь из сумки. Но Котенок неожиданно взорвался:
— Хватит обвинять, Данька! Я не предвидел этого! Я не собирался посылать Лэна на акцию! Где были ТВОИ глаза, Старший?
— На площади, в пыли! А за эти я не отвечаю — они из Света!
— Тихо, — прервал нас Герт. — Лэн!
Лэн падал — крошечное пятнышко, едва различимое в небе. Метрах в ста над землей он раскрыл Крыло — вначале чуть-чуть, а потом полностью. Он тормозил, спускаясь словно на двух маленьких парашютах. Я представил, как выворачивает руки набегающий ветер, и у меня самого заныли плечи.
Уже над самыми головами Лэн часто забил крыльями и опустился на башню мягко, словно после обычного планирования.
Он не удивился, увидев нас. Сложил Крыло и подошел ко мне.
— Зачем? — тихо спросил я.
Лэн пожал плечами… и улыбнулся!
— Ты же хотел этого, Данька.
Я попытался возмутиться… и не смог. Хотел? Я не хотел сжигать город САМ! Это совсем другое…
Но выбор ведь был простым — либо я, либо Лэн должны это сделать. И Лэн меня опередил.
Опередил, потому что я особенно не торопился.
— Где колбы? — резко спросил Котенок. Лэн неопределенно показал вверх:
— Там. Падают. Ветер сильный. Где упадут, не знаю.
Еще не понимая почему, я на шаг отступил от Лэна. И вдруг вспомнил, кто любил разговаривать такими короткими, рублеными фразами.
Лэн улыбался, поглядывая то на Котенка, то на меня. Потом сказал:
— Надо спуститься. Сейчас упадут. Вдруг нам на головы?
Я лишь покачал головой. Лицо у Лэна было нормальным, и кроме манеры говорить ничего вроде бы не изменилось, но посмотреть на него Настоящим взглядом я не решался.
— Надо спуститься в дом, — повторил Лэн.
— Нет. — Я произнес это с неожиданным облегчением, прекрасно понимая, что не прав, но твердо зная, что не передумаю. — Я останусь здесь.
— Я тоже останусь, Даня. — Герт положил руку мне на плечо и посмотрел в лицо — строго, серьезно.
Котенок, но ничего не сказал. Просто встал между нами, прижимаясь к ногам. Лэн недоуменно фыркнул, потом пожал плечами:
— Ну ладно. Останемся.
Так мы и стояли с полминуты, глядя друг на друга и не решаясь посмотреть вверх. Ветер трепал Лэну волосы, отбрасывая на глаза, но он словно не замечал этого. Так я и запомнил этот миг…
Первым вспыхнуло здание, которое было мне знакомо. Клуб Старших. Темное пламя мгновенно растеклось по крыше, и шорох пылающего дерева казался в тишине громким, как автоматные выстрелы.
"Это не так уж страшно, — подумал я. — Это не атомная бомба… даже на напалм…"
Пламя словно дожидалось этой мысли. Черный огонь стек со стен и заплясал на булыжной мостовой, подбираясь к соседним домам. И тут полыхнуло второй раз — теперь гораздо ближе, метрах в ста от нас. Я почувствовал жаркую волну, ударившую в лицо, и низкое квадратное здание в конце улицы развалилось. Мгновенно, словно его взорвали изнутри.
— Оружейные склады. — В голосе Герта была растерянность. — Лэн, как ты ухитрился нацелиться?
Я повернулся, с трудом отрывая глаза от огня, и увидел смущенную улыбку на лице Младшего. Мак улыбаются, услышав незаслуженную, но лестную похвалу.
— Да я не целился… Ветер и судьба. Так, Герт?
Герт молчал. "Проняло", — с радостью подумал я.
— Ветер и судьба, — прошептал Котенок. — Сознательно ты, конечно, не целился…
Ударило третий раз — тоже недалеко, на окраине. И лицо Герта побледнело, утрачивая всю энергию и силу. Он вмиг стал тем, кем так не хотел выглядеть, — дряхлым старым человеком.
— Жилые кварталы… — С лица Лэна сползла улыбка.
Что-то прошептав, Герт бросился вниз по лестнице. Я дернулся было за ним, потом сообразил, что для нас есть и другой путь, побыстрее. Расправил Крыло и прыгнул с башни.
— Зря! — крикнул вслед Котенок. Я его не слушал. Работая крыльями, поднялся выше, попал в поток горячего воздуха, идущего от пылающих складов, заскользил к месту последнего пожарища. И только сейчас, через минуту после падения первой колбы, тишину разорвал крик.