— Что значит не туда? Разве не все происходит правильно?
— Все правильно. Такие изменения тоже. Многим, где была ты, нужна уже другая реальность. Они были на своем месте, когда пришли туда, а теперь уже нет. Несправедливо было бы оставлять их без помощи. Они хотят сами, а мы отвечаем на их запрос. Они дают нам энергию. Так они могут решать, что будет.
— И что, теперь каждому придется совершать столько усилий, чтобы пройти через меня? Как и мне?
— Нет. Ты уже открыла дверь. Путь проложен. Все работает. Для всех. Все хорошо. Ты здесь.
Сосуд, дом и дверь снов
Девушка в длинных шаманских одеяниях. Молодая. Длинные каштановые волосы. Сидит на земле в парке перед домом. Пятиэтажка. Дом хорошо видно. Раннее утро.
Ее руки ладонями вниз лежат на траве. Ноги подогнуты. Перед ней пять небольших кувшинов. Она чувствует траву руками. Трава приподнимает ее пальцы, сопротивляясь весу. Она чувствует, что траве это не нравится и просит траву немного послужить сегодня.
“Пусть из Земли подымет жизнь и даст ее воде. Во мне и в кувшинах”.
А дом спит.
В доме спят все. Они не просыпались уже неделю. Дом стали обходить стороной. Вокруг него теперь пустынно, а от этого он спит только крепче.
— Дай жизнь воде, — произносит девушка.
Она слышит ответ: “Жизнь в воде”. Знание приходит к ней, что жизнь всегда там и была, разве может быть иначе. И тогда она понимает, что все произошло правильно. Сосуды готовы. Их пять. Выбирать придется тщательно. Первый кувшин она проливает на себя.
Дверь в мир снов открывается. Весь дом проходит через нее. Дом хочет спать. Все, кто был в доме, проваливаются вместе с ним. Теперь ему хорошо и спокойно. Времени нет. Старения нет. Двери не хлопают внутри и снаружи, как сумасшедшие отбойные молотки, сотрясая стены. Не сыпется штукатурка. Топот навсегда успокоился. Гневные разговоры, недобрые разговоры, осуждающие разговоры. Все стихло. Осталось дыхание, слитое в унисон. Унисон. Напоминающее прибой. Приятное дыхание. Спокойное дыхание. Оно пускает в медленный танец ветер по пустым коридорам и лестничным клеткам. Дом дышит. Дыхание больше не сбивается, потому что некому перебить своим маленьким и многочисленным. Нет диссонанса. Унисон.
“Тяготит еще только их хлам. Но с ним можно смириться. Они не представляют, сколько их хлама приходится держать. Есть вещи, нужные им, хорошо. Но зачем держать то, что давно не нужно? Это приходится держать мне. Пусть сейчас я укроюсь этим, как тяжелым пуховым одеялом”.
Антенны и провода не гудят, не принимают внутрь непрошеные образы и звуки. Как после них грязно! Образы превращаются в химер и никому не приносят ни спокойствия, ни счастья. И тем не менее каждый день их прибывает все больше. Кто будет бороться с этими демонами? Приходится терпеть их присутствие и наблюдать, как они искажают души. Но разве люди не сами так захотели? Теперь демонов нет. Хорошо. Можно спать. Всем. Здесь. Сейчас. Долго. Вечно.
Молодой человек по имени 13 не особо любил свою жизнь. Он всегда хотел спать, а спал очень нерегулярно. Не успевал насладиться снами, а они его звали. Прокрадывались в реальность и начинали спать его.
Поначалу было занятно. А потом не очень.
“Я купил эти вещи во сне”, — говорил он сам себе, разглядывая необычные покупки на полу своей маленькой кухни.
Он садился на цветастый персиковый ковер, из которого вверх вырастали прозрачные золотые цветы. Раньше он сказал бы, что цветы ему снятся, да и ковер тоже. На самом деле на полу кухни было серое невзрачное покрытие. Но теперь все смешалось и слилось. Говорить не требовалось. Можно было без оглядки ума спокойно жить в двух реальностях. Ну и что, что большая часть снится, думал он, ведь и он наверняка кому-нибудь снится. А 13 не хотел бы, чтобы этот сон развеяли просто потому, что это сон.
Сосиски. Хлеб. Сахар. Хатанг. Баро. Изморозки. Молокосинь.
Хатанг — это взбитые в масло мысли людей в барсучьих головах. Очень вкусно. Баро — оздоровительная настойка на ядовитом свету. Принцип: немножко яда — лекарство. В аптеке купил. Изморозки, он сам не знал, что это такое. Синие ягоды, способные выращивать самих себя прямо в руке по мере их поедания. Главное, не есть слишком быстро.
В длинном предупреждении на упаковке написано мелким почерком: Иногда ягода может испугаться и создать двойную копию. Копия окажется так же напугана и продолжит копирование. Напуганные ягоды размножаются непредсказуемо долго. Бывали случаи, когда изморозки заполнили улицу слоем высотой 2 метра 34 сантиметра. Пришлось вызвать ковш и вертолеты. Деление невозможно остановить. Чудесным образом оно прекращается само, когда появляется одна ягода, решающая, что может быть по-другому. Остальные ягоды подхватывают ее опыт и успокаиваются.