- Боюсь, что уже поздно, - с отчаянием в голосе произнесла Марина и приподняла край одежды.
Под ним торчали маленькие ножки. Марина вытащила из толстовки грудного младенца и взяла на руки. Ребенок зашевелился. Девушка вздохнула с облегчением.
- Какие же вы, человеки, все-таки лысые, - высказал свое мнение Пино. – особенно, когда без одежды.
- Тебя бы самого стояло выбрить! – замахнулся на него Генка.
Марина завернула Кармен в Генкину толстовку, а тот поднял с земли обрезанные брюки, забрал свой ремень и сказал:
- Давно хотел себе джинсовые шорты. Ей-то они теперь больше не понадобятся.
- А у тебя разве ж нет? – осведомился Фобло.
- Есть, но синие. А я хотел голубые. Теперь ясно? – с вызовом посмотрел на него Гек.
- Разве вас, людей, поймешь? – пожал плечами Фобло.
Вернувшись домой, Марина села на кровать, держа на руках Кармен. Она была немного растеряна.
- Даже и не знаю, как обращаться с детьми. Опыта-то у меня нет, - призналась она.
- Как нет? А мы? – заметил крылан.
- Материнский инстинкт подскажет, - со знанием дела заявил Гек.
- Что-то пока он мне ничего не говорит, - сказала Марина.
- А он у тебя, наверно, онемел, - Генка даже засмеялся, так ему понравилась его собственная шутка.
- А твой-то, что, больно разговорчивый? – поддела его Марина.
- А я не собираюсь становиться матерью, - парировал Генка.
- Ладно, если серьезно, то я думаю, что Кармен хочет есть, - произнес липип. – Я тут знаю одну человечью деревеньку. Думаю, там можно позаимствовать молока.
- То есть украсть? – осведомился Генка.
- А это как повезет, - ответил Пино.
- Умное решение, - похвалил Фобло. – Значит, еда у ребенка будет!
- Отлично! – обрадовался Гек, и они с Пино хлопнули друг друга по ладошам.
21.НЕЗАДАЧЛИВЫЕ НЯНЬКИ
Минут через тридцать все трое были уже в той самой деревеньке. Марина, разумеется, осталась вместе с Кармен дома. Действительно, не бросать же ребенка одного?
- Давайте, пошарьте по домам. Сейчас там еще никого нет. Одни на выпасе скота, другие на сельхозработах. А ребятня гуляет да хороводы водит. Они все очень поздно домой возвращаются, - распорядился Пино.
- А ты откуда знаешь? – поинтересовался Гек. – Промышлял что ли тут?
Пино не ответил.
Фобло благополучно облетел несколько домов, не нарвавшись ни на кого из местных жителей. Но удача не всегда должна была сопутствовать ему. В одной из хибар он столкнулся нос к носу с какой-то старухой.
- Ой-и-и-и! – завизжала та. – Мутант, липип-альбинос!
И с вытаращенными глазами она понеслась разносить эту весть по всей округе.
Узрев, что за ним уже гонится целая ватага ребятни и какой-то мужик с ружьем, крылан рванул куда глаза глядят. Возвращаться назад желания у него больше не было.
Тем временем Генка, шарясь по кустам и стараясь не привлекать к себе внимания, аккуратно заглядывал в дома, в поисках чего-то похожего на молоко. И вдруг, в одном из них, наткнулся на какого-то старика. Нет бы, чтоб побежать, а ноги его, как назло, словно бы к полу приросли. Генка замер на месте и покрылся холодной испариной.
- Что тебе здесь надо, малявка? – грозно осведомился у него старик.
Генка, не сразу взяв себя в руки, выпалил первое, что пришло ему в голову:
- С-соску!
- Зачем тебе соска?
- Р-ребенку.
- А у вас, что, в доме соски нет?
- Нет.
Старик пошарил в маленьком столике, выудил оттуда соску, подошел к Геку и воткнул ее прямо в его раззявленный рот.
- Доволен? Теперь у тебя есть соска, ребенок?
Гена испуганно закивал головой.
- Так и что стоишь? Проваливай отсюда! Да поживей! И чтоб духу твоего здесь больше не было! – закричал старик, и Генка, прошамкав «фпафибо» пулей вылетел из дома.
Лишь в том месте, где они все трое условились встретиться, он решился остановиться и перевести дух.
- Гек, почему е тебя соска во рту? – послышался тут знакомый голос Фобло.
- По кочану, - огрызнулся тот, выплюнув соску в руку.
Вскоре к ним присоединился и Пино. Ему повезло больше всех. Он раздобыл бутылку молока и простыню, и без особых приключений. Все трое отправились назад, где их с нетерпением дожидалась Марина.
***
Марина, как умела, запеленала Кармен в простыню, и вышла с ней на улицу. Там ее ждал Генка с соской в руке. Неподалеку стоял Пино с бутылкой молока наготове. Он подогрел молоко на огне и довел его до комфортной для маленького ребенка температуры.