- Ну, успокойся. Помни, что чрезмерные переживания могут выдать тебя.
Кашин поправил ремень автомата, и машинально сунув руку в карман, извлёк оттуда початую пачку сигарет без фильтра с коробком спичек. Привычным движением вытянул овальную сигарету, из которой сыпались табачинки, и соорудив «лодочку» из ладоней, закурил. Это был тот самый, почти забытый терпкий вкус. Посмотрев на цифры на тонкой бумаге, Григорий даже, определил город, производящий эту серию.
- Ты ещё сомневаешься, что всё это настоящее? – Проводник ухмыльнулся.
Григорий помотал головой. Нет, разумеется, он не сомневался.
Майки проводил взглядом рванувший с места армейский «уазик», увозивший Ястреба куда-то вниз по дороге.
- Здесь твоя жизнь, старший лейтенант Кашин, идёт своим чередом. И сформировалась окончательно после того, как воплощение этого варианта твоей судьбы, в той жизни, откуда ты пришёл, стало невозможным.
- После того, как я перестал думать об этом? –Спросил Григорий, глубоко затянувшись. – Желание исполнилось здесь?
- Ты забыл об этом и уже не мог стать офицером мотострелковых войск в той жизни. Как бы ты этого не хотел. Наверное, после того, как поступил в гражданский вуз, воплощение этого сценария в твоей жизни стало невозможным. Ты окончательно сделал свой выбор, позабыв о своей Мечте. Даже перестал думать об этом, потому что уже не было смысла. И после этого.... – Майки сделал многозначительную паузу. – После этого сформировалась твоя другая жизнь, о которой ты даже не подозревал. И твой «двойник» стал жить здесь. Он закончил училище, стал служить. Кстати, ты заметил, что Советский Союз не распался? Знаешь почему?
Кашин растерянно помотал головой. Что ж, он понял эту логику. Когда-то на досуге он читал в одном из постов в Инете про эти параллельные миры. Но кто бы мог подумать, что в них можно попасть.
- Да потому что ты мечтал служить в СССР. Когда Мечта формировалась, её детали прописывались и на подсознательном уровне. Вот ты и здесь. Но твои мысли перестали быть твоими, Кашин.
Григорий смотрел на Проводника, снова ощущая противные нервные толчки где-то в области плеча. Так что тело дёрнуло пару раз.
- А ты ещё ничего. – Майки ободряюще потрепал его по плечу, уважительно скривив кривые губы желобком. – У некоторых такая истерика начинается, что...
Он коротко рассмеялся, покачав головой. И приблизив лицо к Григорию, понизив голос, добавил:
- Едва с ума не сходят, поначалу. Хотя, и мужики-то, на первый взгляд, все крепкие. Канючить начинают «назад хочу», «давай, домой отправляй», «надоело», «страшно», «не нравится».
- Вот значит, что за аттракцион у вас. – Задумчиво проговорил Кашин, и почувствовав, что обжёг пальцы тлеющей сигаретой, отшвырнул окурок. – Да, уж, в самом деле, забавы для тех, кто с «жиру бесится».
Проводник никак не ответил на его реплику.
- Тебе пора, старлей. Время на выполнение задание уже пошло. – Майки равнодушно посмотрел на него. – Так что... наслаждайся, так сказать, своей Мечтой. Но не переусердствуй. Здесь всё по-взрослому, офицер.
- А что вернуться нельзя? – С тревогой спросил Григорий, и вновь полез в карман за сигаретами.
Он вспомнил про семью, обнаружив что воспоминание чиркнуло холодной сталью по сердцу, посеяв что-то тоскливое внутри.
- Сейчас, нет. – Проводник, улыбнувшись какой-то издевательской улыбкой. – Решил наплевать на задание? А если от него зависят жизни людей, вдруг геополитика? Не? Плевать?
- Когда же? И, вообще, возможно ли вернуться назад?
- Ну, разумеется. – Круглое лицо Проводника расплылось в довольной улыбке. - Но не тогда, когда тебе этого захочется. Нельзя, вот так, по щелчку пальцев мотаться туда-сюда. Это тебе не на охоту с друзьями съездить.
- Должно наступить время. – Продолжил он. - Для этого надо, чтобы совпали условия, при которых ты можешь вернуться. Возвращение требует колоссальных затрат ментальной энергии человека, и некоторых условий. Когда будут созданы, я проведу тебя назад.
- А если меня убьют? Насколько я понял, меня направили туда, где сбивают вертолёты.
- Я же тебе сказал, «не переусердствуй». В этом случае, ты не сможешь вернуться. – Холодно ответил Майк. – Так что береги себя.
- А в той жизни, в той жизни я...