- Даш, - тихо позвал он. Она осталась неподвижной. – Даш?
Кот осторожно приподнял девушку и положил ее голову себе на колени. Из-под шапки выбились рыжеватые непослушные волосы, нежное лицо было обожжено, нет, поджарено, открывалось запекшееся мясо, левая бровь и ресницы полностью сгорели, одежда дымилась.
– Змейка…
Голос Кота напоминал писк. Господи, почему же он такой дурак?! Почему не рассказал Фросту всю правду, как только нашел ее в лагере? Почему решил подыграть? Он обязан был вернуть ее домой, как только встретил, ведь знал же, что она кинется в самое пекло!
Михей больше не смог держаться. Слезы покатились по обветренному лицу парня, и он прижал к себе маленькое изувеченное девичье тело. Он не замечал толпы ребят, собравшихся вокруг них, жужжания залатанной решетки и хрипов зомбаков.
- Дашка! – спрятав лицо в складках подгоревшей кофты, Кот затрясся в рыданиях.
Мир остановился, а время продолжало бежать, по пути раз за разом прокручивая в голове парня последние мгновения жизни подруги. Последний ее взгляд, полный уверенности. Будто она не понимала, насколько важна для него. Насколько она близка ему, эта маленькая проныра… маленькая … совсем маленькая девочка…
Он обещал ей тогда, в том магазине, что будет ее ангелом-хранителем, а что в итоге? Полностью отдался борьбе с зомбаками и перестал присматривать за Дариной. С нее же глаз нельзя сводить! Стоит оставить ее без внимания, и она выкинет такое, что до конца дней будешь помнить! Как теперь… Вот она, лежит на его руках, вся обгорелая, местами настолько наэлектризованная, что до боли бьется током. Она теперь лишь тело. Без жизни. Без души.
Из-за пояса Дарины выпал еще больше нее самой обгоревший сверток. Михей поднял голову и посмотрел на него. Вытерев слезы рукавом, он поднял книгу. Дрожащей рукой вытащил на удивление целую Библию из бумаги и положил ее девушке на грудь, накрыв сверху ее обугленной ладошкой.
- А-а-а-а-х!!!
Глаза Кота вылезли на лоб – Дарина открыла глаза и дышала, дышала, как дышат дайверы после возвращения со дна! А потом закричала…
И крик этот не прекращался с минуту, Змейку выгибало в руках Кота, пытавшегося ее остановить. Но потом она затихла так же резко, как и начала. Подняла лицо на него…лицо, с которого осыпались корки, открывая блестящую розовую кожу.
- Дашка! – Михей прижал к себе ожившую подругу и не отпускал до тех пор, пока та не захрипела. Отряд будто умер, а потом поднялся такой гвалт, словно бы ребята собственноручно убили последнего в мире зомбака.
- Пусти, прошу…
- Малыш, ты придурок! – разнесся над головами до истерики счастливый голос Фроста. – Ты…реальный придурок!
Кот счастливо смотрел на Дарину, не веря своим глазам и не желая сейчас выяснять ничего, и гладил ее по голове, убирая торчащие волосы под шапку.
- Спасибо, Фрост, - тихо шепнула девушка, не сводя глаз с капитана. Его улыбка пропала, он неясно кивнул и отошел, уступая место остальным парням. Дарина уже не видела странного взгляда, которым смотрел Фрост на нее из-за спин остальных
6
Глава 5.
Глава 5.
- Точно?
- Да.
- Ты уверен?
- Уверен.
- Точно?
- Да! Успокойся уже! Никто не увидел ничего лишнего, кроме того, что ты чуть не стала гребаным шашлыком! Как ты вообще выжила? От этих решеток зомбаки дохнут, а ты жива осталась.
Я села и попыталась перестать думать обо всем случившемся. Для меня прошло пара мгновений во тьме, а Кот сказал, что я не подавала признаков жизни несколько минут. Беспокоила одна мысль: не узнал ли во мне кто-нибудь девушку? И именно этим вопросом я терроризировала Михея последние полчаса.
- Ты лучше объясни мне, - навис надо мной парень, - как ты додумалась использовать себя в качестве проводника?!
Я поерзала на кровати, опустив глаза в пол. Кот сложил руки на груди.
- Ну что? – не выдержала я. – У меня не было других вариантов!
- Был вариант сидеть смирно в лагере и не рыпаться к решеткам!
Я надула щеки и отвернулась от Кота. Почему все считают своим долгом сказать мне, что я должна была оставаться здесь?
- А зачем, по-твоему, я пришла сюда? – под нос буркнула я. Кот замер. – Смирно сидеть я могла и дома. Я хочу защищать Нифльхейм.
Михей набрал в грудь воздух, но вдруг распахнулась дверь барака, и на пороге показался Рамсес – щуплый светлоглазый брюнет. В мирное время я могла бы предположить, что он работает программистом. Не хватало только кругленьких очков.
- Кошак, тут Фрост всех наших собирает. Тебя просил позвать, - переводя взгляд с Михи на меня, сказал он. Я подняла на Рамсеса обиженное лицо, и парень расцвел веселой улыбкой, обнажая крупные белые зубы. – Что, малыш, брат чихвостит?