- Запомни, Кот. Этот паразит не сломит меня. Я все выдержу. Я не дам слабину. Не имею права.
Скрипя по сжатым зубам песком, я встала и дохромала до кучки своей одежды. Верно, Фросту не сломить меня. Ведь я Змея, одна из лучших мародеров Нифльхейма, та, кто ради своей цели готова шкурку оставить, кто с тринадцати лет спасала от голодной смерти сестру, кто почти голыми руками замочила зомбачку, кто, черт возьми, разгадала тайну этого проклятого апокалипсиса! А он? Всего лишь мужчина. Я смогу.
Никто не говорил со мной, но все внимательно следили за каждым моим движением. В глазах ребят было странное сочетание сочувствия с любопытством. Фрост же смотрел просто заинтересованно. Постаравшись незаметно поправить щекочущий бок край бинта, я гордо подняла подбородок, не подала виду, что все болит и не отвела взгляда. Капитан усмехнулся и подошел ко мне.
- Привет, малыш. Как поспал?
На зубах скрипнул оставшийся песок. Вот же стервец! Он еще и издевается! Ладно, мы еще посмотрим, кто тут большая язва…
- Прекрасно, а ты, Захар? Кошмары не снились, что зомбаки жрут меня? – подозрительно по-девчоночьи фыркнула я. Похоже, я выбрала правильную тему. От моей наглости глаза Фроста округлились, лицо пошло бордовыми пятнами, а позади кто-то звучно выдохнул и, кажется, подавился.
Ноздри капитана раздулись, он наклонился ко мне, как хищная птица к мыши, и оскалил зубы в гримасе, даже отдаленно не напоминающей улыбку:
- Пошел в лес, дрова готовь.
Зло топая, Фрост ушел к своему бараку. Кот почти на цыпочках подошел ко мне, протянул небольшой топорик и заговорщицки подмигнул. Посмотрев ему через плечо, я увидела, как ребята одобрительно поднимают вверх большие пальцы.
Этот день оказался ничуть не проще предыдущего. Все тело ломило, голова болела, но я упорно продолжала неумело махать топором, раскалывая напиленные прежде чурки.
- Тебе упрямства не занимать, как и нахальства, - раздался голос Фроста. Я обернулась и вытерла рукавом пот с глаз. Капитан стоял, скрестив руки на груди и оперевшись плечом о молодую березу, которая слегка накренилась под его весом.
- Будто бы у меня есть выбор, раз Вы решили обращаться со мной так, - положив топорик и скопировав его позу, ответила я. На губах Фроста расцвела довольная ухмылка:
- Удивительный ты парнишка, Дарий. Вроде мелкий, а ведь за словом в карман не лезешь. У Кота я такого не замечал. По вам двоим и не скажешь, что вы родня.
Я отвела взгляд и поковыряла носком ботинка землю.
- Вообще-то мы не совсем родня.
Фрост приподнял бровь, и я почувствовала, что скоро получу сначала от него, а потом и от Кота.
- Мы дружили еще до начала апокалипсиса, он меня защищал всегда…с тех пор он и считает меня…своим братом.
Капитан поскреб пятерней затылок:
- Значит, Миша наврал про вашу мать, которая отдала тебя в интернат?
Мои мозги зашевелились, словно дождевые черви, посыпанные солью. Нужно было придумать все быстро, но так, чтобы Кот не пострадал от моего вранья.
- Это я попросил его, - наконец, ответила я. – Моя родня не сильно обо мне беспокоилась, и Миха согласился помочь мне. Дома я не нужен, а здесь хоть какой-то толк принесу. Вон, дров наколю.
Быстрее отвернувшись, я продолжила криво-косо размахивать топориком. Фрост тяжело вздохнул, и по прошлогодней листве зашуршали его ботинки. Не успела я расслабиться, как поняла вдруг, что он не ушел, а наоборот – подошел ко мне сзади, взял мои руки в свои и зашептал на ухо:
- Держи вот так. Руби под таким углом. Так… и расслабляйся.
Топор просвистел и аккуратно разрубил чурку напополам. Поток воздуха от резкого движения обдул мое внезапно вспотевшее лицо. Во всем теле почувствовалась странная слабость, а под горлом защекотало, не позволяя вздохнуть.
Я замерла, прислушиваясь к себе и к нему. Неужели он догадался-таки, что я девушка? Это бы объяснило его поведение. То, как он наклонился вдруг, словно желая коснуться моей шеи, никак не походило на общение между командиром и подчиненным.
Вдруг Фрост напрягся, сжал мои запястья так, что казалось сейчас сломает. Однако спустя секунду он оттолкнул меня и пошел прочь, зло топча крохотные травинки.
- Работай! – оглянувшись, крикнул он. Странный человек. Что с ним? Почему он сначала ведет себя как последний козел, потом как нормальный человек, потом так, будто догадался, что я девушка и что я неравнодушна к нему, а потом и вовсе психует и снова становится козлом?