Не теряя больше ни секунды, я выхватила из-за пояса книгу, разбежалась и со всей дури врезалась в толпу! Что-то больно хрустнуло в руке, вся левая сторона оказалась отбита об тела, но я все же смогла прорваться к Фросту. Едва ли не ударив его Библией по груди, я заорала на него:
- Вали!!!
На большее не хватило. Оставив раненого Фроста, абсолютно все зомбаки атаковали меня. Не прошло и мгновения, как меня вдавили всем и без того побитым телом в землю, начали царапать, рвать одежду… от очередного удара я вырубилась, успев услышать вновь тот тихий знакомый смех…
***
Фрост не понимал, почему его не трогают зомбаки, но это сейчас было не важно.
- Живо все! Спасать Змея! – рявкнул он, и парни без промедления начали раскидывать кучу тел. Зомбакам было плевать на них. Складывалось впечатление, что их все это время интересовало только убийство Дария.
Фрост стоял в стороне, зажимая рукой кровоточащую рану. Он воистину боялся за малыша. Сейчас даже отвращение ушло на пятидесятый план – лишь бы он выжил, лишь бы его спасли…
Не больше пары минут понадобилось парням, чтобы вытащить из-под груды тел Змея.
- Дай мне! – потребовал Фрост у Кота, забыв на секунду, что это может показаться странным. Но Михей не обратил на это внимания и передал мягкое маленькое тело капитану, тут же вернувшись к остальным: нужно было закончить с выжившими зомбаками.
Хромая, Фрост дошел до самого дальнего барака и прикрыл за собой дверь. Он осторожно положил Дария на кровать, Библию убрал в лежащую тут же груду одежды. В очередной раз мужчина удивился, насколько же этот мальчик был смел…и красив. До бесстыдства…
Змей лежал неподвижно. Отгоняя лишние мысли и глуша боль в простреленной ноге, Фрост прислушался к его дыханию, параллельно положив руку на сонную артерию. Тишина. Все существо капитана сковал лед, на лбу выступил пот. Нет, Дарий не мог умереть! Просто не имел на это права!
Фрост в срочном порядке начал срывать с мальчика и без того порванную мешковатую кофту, чтобы удобнее было делать непрямой массаж. В тот же момент его взгляд упал на перебинтованную грудь Змея. «Он все это время был ранен?!» - переполненный ужаса и стыда подумал Фрост. Осторожно, стараясь не повредить неизвестно где располагающуюся рану, он разрезал бинты широким ножом. Хриплый, словно у сорокалетнего курильщика, вздох заставил капитана вздрогнуть. Дарий подскочил, вцепился тонкими пальцами в воротник Фроста и прокашлял тому в лицо:
- Хорь! Это Хорь предатель!
Янтарные глаза закатились, и Змей снова провалился в беспамятство, однако теперь уже глубоко и мерно дыша. А Фрост, не отрываясь, смотрел на это хрупкое тело, медленно заливаясь румянцем. На ощупь нашел чей-то бушлат в углу кровати и накрыл им полуобнаженную девушку.
Все еще с трудом веря, он кончиками пальцев стянул съехавшую на бок шапку. Блестящие непослушные волосы цвета спелой пшеницы рассыпались вокруг острого лица, уже не кажущегося неправильным. Оно было просто прекрасно. Все в ней было прекрасно, кроме болезненной худобы и слоя грязи. Воспоминания нахлынули на Фроста, он помнил каждый взгляд, каждое слово этой девушки, так упрямо прикидывавшейся мальчиком. Он понял, насколько был слеп, насколько был глуп, что не заметил столь очевидных вещей. И теперь, стоя пред ней на коленях и видя все сквозь пелену слез, Фрост готов был прямо сейчас застрелить себя от стыда, что выедал внутри его гнилостную яму.
Пинок открыл дверь барака.
- Фрост, мы закончили… - начал отчитываться Кот, но разглядел, что происходит внутри, и замолчал.
- Ты знал? – тихо-тихо, почти мертво спросил капитан.
- Да, - так же ответил Михей. Мужчина кивнул и продолжал смотреть на девушку.
- Она меня… ненавидит? – судорожно вздохнув, спросил он. Кот переминался с ноги на ногу, стараясь решить, какой будет наиболее точный ответ. Фрост поднял на него полные отчаяния и горя глаза. – Миша, скажи мне.
- Нет, не ненавидит, - сдался Кот и скорее вышел из барака.
- Не ненавидит, - облегченно повторил Фрост и осторожно задел локон спутанных волос пальцем. По лицу его начала блуждать счастливая улыбка, словно Михей сказал ему, что она его любит.
11
Сознание выплывало медленно. Вот в странный сон пробился запах дыма и старого сена. Вот спине стало как-то неудобно, она затекла. Вот дал о себе знать ушиб головы. Вот я уже слышу далекие мужские голоса и рык моторов. Все тело ныло. И хотелось пить. Глаза медленно приоткрылись, расфокусированное зрение с трудом сконцентрировалось на сероватых досках потолка. Память с трудом восстанавливалась, пытаясь подкинуть разуму зацепку – где я, что тут делаю и как попала сюда?