— Не волнуйтесь, вы найдете этот дом снова.
— А если мне письмо кто-то захочет написать? — не унималась я.
— Я дам вам официальный адрес. Вся корреспонденция бережно передается жильцам.
Я задумалась. Похоже, система налажена и работает без перебоев уже давно.
К Ипполиту подошла блондинка в форменной одежде и, чуть поклонившись, сказала, что моя квартира готова. Я с готовностью вскочила и оглянулась на управляющего, который, покряхтывая, вынимал себя из кресла.
— Ох, говорил мне Александр Дмитриевич, что худеть надо, ох говорил... — он сокрушенно покачал головой, провожая меня к лифту. У стойки администратора он взял резной золотистый ключ. Ничего общего с привычными серыми штамповками — чеканное произведение искусства с переплетающимися в неясный вензель линиями.
— Прошу. — Ипполит протянул его мне. — Четвертый этаж. Квартира 88.
Я даже не могла бы толком объяснить, почему так волновалась, стоя на красном ковре перед шоколадного цвета дверью с золотой табличкой, на которой было выбито «88». Но руки мгновенно вспотели, и ключ заскользил в пальцах. Это было первое жилище, которое действительно было мое. Я могла делать здесь, что хотела. Могла разнести всю мебель на кусочки, выкинуть из окна или сдвинуть в кучу и спать на полу. Самостоятельность и независимость пьянили, и даже голова немного кружилась.
Легкий щелчок, и дверь распахнулась. Я невольно ахнула. Все было сделано именно так, как хотелось бы мне самой: минимум аккуратной темной мебели, черные тяжелые шторы на панорамных окнах, мягкий белый, под цвет стен, ковер на полу и огромная кровать, на которой можно было спать поперек.
У меня перехватило дыхание. Я бродила по своей квартире, представляя, кто еще в моем возрасте может похвастаться такими апартаментами. Комнат как таковых не было, все было соединено в одно пространство, условно разделенное арками — моя давнишняя мечта. Кажется, я так и ходила с открытым ртом, и челюсть волочилась за мной из помещения в помещение. Больше всего меня радовало, что убирать это все не мне!
Запиликал мобильник.
— А-а? — откликнулась я, продолжая разглядывать свою жилплощадь.
— Судя по отсутствующему голосу, ты уже осматриваешься, — усмехнулся Оскар.
Я подскочила как ужаленная. Трезвость сознания мгновенно вернулась, я прислонилась к ближайшей арке и попыталась сосредоточиться.
— Ага. Вот только что вошла.
— Нравится? — заботливо спросил он, и мое сердце прибавило в ритме раза в два.
— Не то слово, — честно сказала я.
— Я рад. У Шефа везде курс на современность, а у меня древность, и мы подумали, что тебе больше понравится...
— Не поняла, — прервала я его, — у тебя что, тоже есть дом?!
— Ну, не дом, — Оскар засмеялся, — а всего один этаж.
Ну почему, почему меня заселили сюда?!
— Тебе бы там не понравилось, — будто услышав мой внутренний вопль заметил мой босс, — у меня живут те, кому уже перевалило за первую сотню.
Я мысленно махнула рукой. В любом случае, насколько я могла заметить, Оскар постоянно пропадал в Институте, и даже живя в его доме, я бы не видела его чаще.
— Как закончишь ахать и ползать по квартире, дуй в НИИД, — продолжал он, — пора тебя познакомить кое с кем — займешься, наконец, физической подготовкой...
— А ты? — вырвалось у меня против воли. Я тут же прикусила язык, но было поздно.
Оскар замолчал на минуту.
— Прости, я не могу всегда быть рядом, — сказал он мрачно. — Я довел тебя до того момента, где был действительно нужен. Теперь тобой займутся другие. Подготовка полноценного оборотня — дело непростое...
Я не слушала. Глаза застелила муть, и моя прекрасная квартира расплылась в легком тумане. Ну конечно, Шеф предупреждал меня. Но его слова — это было одно, я все же надеялась, что он ошибается. А вот услышать все то же самое от Оскара — это совсем другое...
Я осторожно вздохнула, надеясь, что он не различит через телефон, что я плачу. Буркнула: «Угу!» — и повесила трубку. Плюхнулась на свой изумительный белый ковер и как следует разревелась.
— Тук-тук! — позвал чей-то веселый женский голос, и я поспешно отерла глаза. Я уже успела успокоиться и искренне надеялась, что веки у меня не красные, а нос не разбухший. — Есть кто дома?
— Ага, секунду! — минуту поплутав по аркам и переходам, я вышла к двери. Оказалось, она так и осталась открытой, как я в нее вошла. На пороге стояла одна из сестер-лис.
— С новосельем! — радостно улыбнулась она. Рыжие кудри, веснушки и ореховые смеющиеся глаза — в жизни бы не поверила, что передо мной оборотень! — А я смотрю, дверь открыта...