Свёрлу стало немного полегче – когда последний из бывших «моллюсков» исчез в небытии, часть бремени с него спала. Осмотрев платформу, с которой люди отправлялись в путь, он увидел одинокую фигуру, всё еще стоявшую там. Трент.
– У тебя минута, – сказал Свёрл. – Решайся.
Мужчина в раздумье наклонил голову, потом выдохнул:
– Ну ладно.
Он бросился к проему врат телепорта.
– До свидания, Трент, – сказал Свёрл.
– Пока, – откликнулся Трент и исчез, пройдя через мениск.
Еще одна фигура рванулась к телепорту, и Свёрл замешкался, немного озадаченный решением мистера Грея, после чего приказал ИИ:
– Закрывай.
– Не могу, пока прохождение не завершено, – ответил ИИ.
Секунды промедления оказалось достаточно – накопители телепорта регистрировали нагрузку. Что-то шло сюда с другой стороны.
Трент
Глядя, как последний из людей – «моллюсков» проваливается сквозь мениск, Трент чувствовал облегчение. Он освободился от обязательств, совесть больше не взывала к нему. По ту сторону врат «моллюски» найдут собственный путь, потому что ответственность по отношению к людям – это позволить им сделать собственный выбор, к добру или к худу.
Когда Риик и ее дети прошли, Трент хотел последовать за ними немедленно, но вдруг осознал: внутри него что-то происходит. Будто какие-то нити провисали, рвались, сматывались и исчезали. Чувство было странным, но, как это ни удивительно, он опознал его. Трент внезапно проникся тем, что ему не нужно заботиться.
Именно это ощущение задержало его на платформе, но потом понимание того, что он мог сознательно выбрать заботу, подтолкнуло его к телепорту. Попрощавшись и провалившись сквозь мениск, он с тревогой подумал, что решения теперь не изменить, но уже в момент перехода понял, что оно было правильным.
С точки зрения путешественника, переход совершался в одно мгновение. Предполагалось, что квинсы – так называли пользователей телепорта – в этот момент кричали, но Трент обнаружил, что плывет в какой-то серости. Нет, наверное, его переход всё же совершился мгновенно, а то, что происходило сейчас, – всего лишь некий ментальный артефакт, но тут…
– Ты злой человек? – раздался в его голове шипящий голос.
Барахтаясь в серой пустоте, Трент подумал о людях, которых хотел бы убить, – о тех немногих, кому удалось от него сбежать. Он представил, как расправляется с ними самыми жестокими способами, – и даже не поморщился.
Он знал – нет, он был абсолютно уверен: его наведенная эмпатия исчезла, и теперь он снова мог убивать. Но знал он и то, что отныне и впредь станет убийств избегать, разве что это будет совершенно необходимо. Вот что изменилось: в прошлом понятие «необходимость» никогда не входило в его формулу убийства.
– Нет, – проговорил он, вдруг с неловкостью осознав, что до того, как Пенни Роял коснулся его, он ответил бы на этот вопрос точно так же.
– Потому что ты чувствуешь чужую боль и твоя совесть терзает тебя…
– Да. Но, кажется, это уже прошло.
– И теперь? – спросили остатки тьмы, обитавшей в его черепе.
– Я выбрал добро, – объяснил Трент.
Обрывок тьмы улетел, точно лоскут черного шелка, подхваченный ветром, испустив лишь короткий смешок, а может, всхлип. Трент огляделся, словно ожидал увидеть черный обрывок, но вокруг была только серость, простиравшаяся в бесконечность и при этом как будто вовсе не имевшая глубины. Хотелось закричать, но звук застрял в горле. Невыносимое напряжение растянуло тело – и вышвырнуло его в реальность зала телепорта на луне Флинт в системе Масады. Когда Трент ступил на черный стеклянный помост, ему показалось, что справа мелькнуло что-то крупное, но едва он повернулся, фигура уже исчезла, пройдя сквозь мениск.
В зале, где толпились тысячи бывших людей – «моллюсков», царил полный хаос, а небольшая группка обслуживавших телепорт техников в синих комбинезонах пыталась навести хоть какой-то порядок. Те, кто находился поближе к телепорту, глазели на него удивленно или недоуменно – похоже, они видели ту громадину, что только что разминулась с Трентом. Пройдя чуть дальше, он заметил людей в другой форме. Кремовый и желтый, цвета охраны телепорта, цвета ЦКБЗ. Может быть, он принял неверное решение, явившись сюда? Нет, хотя телепортом на Флинте и ведало Государство, арестовать Трента в системе Масады они права не имели. Насколько он понимал, для этого копам требовалось попросить разрешения у Ткача.
– Идем, – сказал по радио скафандра знакомый голос, и на плечо опустилась твердая рука скелета.