– Ну вот, кто-то нас опередил, – заметил Сыч.
– В смысле? – не понял Кроушер.
– Сферическое силовое поле.
– Что?
Сфокусировав тарелку Хокинга, Кроушер отозвал другие сенсоры от черной дыры, направив их в сторону возмущений У-пространства. Оно наблюдалось в нескольких световых минутах, поэтому электромагнитное излучение сюда еще не добралось, но У-характеристики были странными, рассеянными, и в подпространстве угнездилось мощное искажение – виток. Оценив его с привлечением новой математики, Кроушер понял, почему Сыч заявил о наличии там сферического поля. Минуту спустя, когда электромагнитные волны добрались до станции, Кроушер получил возможность наблюдать за новоприбывшими во всем их великолепии.
– Черт побери, – буркнул Сыч.
– Точно, – согласился Кроушер, не ожидавший услышать ругань от обычно педантичного и саркастичного дрона.
От края аккреционного диска навстречу им шел шарообразный корабль с каким-то неизвестным двигателем, буквально цеплявшимся за ткань пространства. Судно было заключено в поистине колоссальное – и абсолютно сферическое – силовое поле. А как полю не быть колоссальным, если укрывало оно корабль диаметром почти в восемьдесят километров.
Спир
Я зашагал к Черному ИИ, уже опустившемуся на песок, – морскому ежу, который перетасовывал иголки, менял форму и энергетику. Предварительное ли программирование заставило меня открыть связь с шипом и впервые за всё время ощутить его полный эффект или это был мой собственный выбор? Толпа заполонила меня, я почувствовал, как Сепия внезапно запаниковала и разорвала наше соединение. Остановившись, я оглянулся на нее. Женщина стояла на коленях, прижав руки в перчатках к шлему скафандра, и трясла опущенной головой. Но толпа не дала мне проникнуться жалостью, я уже был не только собой, но и ими всеми и теперь тянулся к Пенни Роялу, тянулся за разрешением…
А потом я оказался внутри, и хотя счет мне шел на тысячи, я по-прежнему был мал в этой новой адской пустоте. Меня окружала огромная пещера из черного кристалла, стены ее находились то ли на расстоянии вытянутой руки, то ли в тысяче километров, и сам грот простирался в бесконечность. Я ощущал восемь состояний сознания, их взаимодействия и связи, чистое зло одного из них – и видел в этом целом отражение себя самого. Во мне тоже скрывались личности жестокие и порочные, скрывались те, кто отвечал миру лишь одним. Я подавил их. Я был синергетическим сочетанием всех, я был альянсом – и всё же оставался собой.
Масштабы и сложность того, что окружало меня, ужасали, и всё же я видел, что эти взаимоотношения – через шип – сравнимы со связью, установившейся между мной и Рисс, между мной и мистером Греем, между мной и любым роботом или ИИ, которых я согласился бы подпустить. С шипом я словно уподоблялся щитостеклянному дешифровщику. Я мог бы втиснуться сюда, и всё стало бы ясным, всё бы распуталось. Но я понял, что, дав мне повод для убийства, ИИ также снабдил меня средствами. Не это ли он имел в виду, сказав: «Ты пришел сюда, чтобы научиться убивать»?
– Пока рано, – проговорил Пенни Роял.
Всеохватывающим зрением ИИ я увидел, что прибывает еще один корабль, и узнал его. Флейт запоздало доложил:
– У нас гость.
– Вижу, – ответил я. – Продолжай наблюдать – я сообщу, если потребуется что-то предпринять.
– Зачем он здесь? – обратился я к Пенни Роялу.
– Ты знаешь.
Конечно, я знал. Мистер Пейс явился за мной, за шипом, за Пенни Роялом. Он ясно понимал, что я такое. Он хотел забрать у меня шип, потому что верил, что с ним он будет способен убить Пенни Рояла – и тогда сам он сможет наконец умереть. Однако, глядя, как приближался корабль, я осознал, что тут должно скрываться что-то еще. Я был карой, созданной ИИ для себя самого. И где же тут место мистера Пейса? Если бы я хотел увидеть Пенни Рояла мертвым, мне было бы достаточно передать шип старику. Тогда все манипуляции ИИ, все его приготовления, касавшиеся меня, свелись бы к нулю. Я знал о преступлениях ИИ, потому что тысячи раз побывал их жертвой. Так хотел ли я видеть Пенни Рояла мертвым?
– Всё, что мне нужно сделать, это передать ему иглу, – пробормотал я.
– Значит, ты не разобрался, – ответил ИИ и, помолчав, добавил: – В мистере Пейсе.
Неужели?